Недооценив эту троицу, они трижды поплатились за это, потеряв два БТРа и три сотни гражданских. Непозволительная роскошь в текущих условиях. И хотя теперь все внимание было обращено на оборону, Александру все равно пришлось два раза использовать усиления на точность и один на замедление времени.
Организм такого издевательства абсолютно не выдерживал. Глаза слипались, руки дрожали, пальцы не слушались. В общем, недвусмысленно намекалось, что не плохо бы покушать и поспать, дней так пять. Вот прямо сейчас немедля. И он бы с радостью поддержал собственный организм в благородном порыве поддержания здоровья. Но было нельзя.
- Стрелок спереди! – Закричал моряк, открывая огонь и посылая длинную очередь навстречу врагу. Маша еще не успел перевести прицел, когда пушка жахнула и огненная стрела врезалась в машину у дороги. Не то полосатый попал по Стрелку, не то пушка дала такую промашку, главное, что этот выстрел ушел в молоко, а значит, у них есть минут десять пока она перезарядится.
Господи, десять минут… Вот скажите, что вы можете сделать за десять минут? Приготовить яичницу? Сварить ароматный натуральный кофе? Умыться? Десять минут это один километр, один километр из пятидесяти которые они должны пройти от разрушенного штаба до жизни.
Александр уже давно перестал считать минуты, только патроны. Первый ящик уже кончился. Его винтовка питалась только 9х54, ультимативный снайперский вариант, мощный, настильный, бронебойный. Но кому к черту нужна эта бронебойность, если против тебя ни чем не защищенные тела? Когда он не попадал в голову, пуля просто прошивала несколько противников подряд. Вот только смерти зараженных, это не гарантировало, и зачастую Саша через прицел наблюдал, как те вставали, провожая колонну взглядом.
- Эй, снайпер, ты как там? – Спросили его из кузова. В огромный грузовик набилось столько народу, что даже оси просели.
- Нормально. – Проговорил Саша, сплюнув на крышу. На асфальт плевать было нельзя, там шли люди. Везде шли люди. Разрушенную базу было решено эвакуировать немедленно и теперь почти десять тысяч человек шли по шоссе к морю. Не полная сотня БТРов была увешана людьми как елка игрушками, хотя на машины и внутрь сажали в основном женщин и детей. Вещей не брали, припасов не брали, из оружия только то, что могли унести на себе. Люди сейчас были единственным невосполнимым ресурсом. Остальное можно спасти как-нибудь потом, если выберутся, если дойдут. Должны дойти. Вдох-выдох. Выстрел.
Они выехали еще до полудня, сколько же времени прошло? Не отводя взгляд от прицела, Александр покосился на солнце. Садится… Значит, прошло часов пять, шесть. Получается, прошли около тридцати километров. Чтож эти твари ни как не отстанут то? Ведь реально скоро уже порт видно будет. Вдох… Спуск. Очередная пуля проносится над головами выживших, врезаясь в пытающую набежать толпу зараженных.
- Бегом! – Командует моряк. – На том свете отдохнете!
Что он задумал? Саша огляделся по сторонам. Вроде ничего необычного, все та же дорога, все те же кварталы. Высотки центра сменяются разномастными домами окраин. От стареньких панельных двенадцатиэтажек, до навороченных новостроек. Зачем бежать? Люди только устанут, и дальше идти будет сложнее.
С соседних улиц раздались пулеметные очереди, и Александр вдруг понял, что БТРов в колонне поубавилось. Черт, неужели они решили остаться в заградительном отряде? Тогда он тоже должен. С трудом встав на одно колено, он понял, что никуда не пойдет. Нужно быть откровенным с самим собой, он и лежал то с трудом, а говорить о том, чтобы идти куда-то…
Ну и ладно. Он и так сможет. Выдох. Как же дрожит прицел. Выстрел. Он уже даже особенно не целился, сейчас было не важно, куда и в кого попадать. Он просто стрелял по движущимся мишеням. Даже не живым. И от того приятнее было понять в Кого он попал! Только когда пуля вышла из ствола, Александр увидел, что в прицеле не обычный зараженный, а певец. Тяжелая, почти семнадцати граммовая пуля врезалась в правую сторону груди врага и, оставляя огромную дыру, унеслась дальше.
В то же мгновение к раненому подскочили двое других и Саша, не удержавшись, врубил точность еще раз. Пусть это было опасным, пусть индикатор горел красным, а рядом с надписью было по три восклицательных знака с каждой стороны. Надо. Руки не слушались, но он, каким-то чудом, сумел сдержать дрожь и оба попадания были удачными. Стрекот и вой были такими, будто он залез в клетку к попугаям и соловьям. А в следующую секунду зомби широким кольцом укрыли своих предводителей и преследование прекратилось.
- Что случилось? – Послышался недоуменный возглас одного из моряков.
- Снайпер, чертяка, признавайся твоя работа? – Спросил их капитан, заглядывая на крышу. Но Саша только с трудом кивнул и провалился в беспамятство.
