– Ну а почему нет? – пожал плечами Александр. – Не хочешь о военном, давай о личном. Я за последние три дня убил около двухсот зомби. И это только подтвержденные.
– Не врешь? – удивился, оглядываясь, старшой. – У нас, конечно, их тоже полно, но чтобы двести в одиночку. Какой же, должно быть, у вас ад.
– А как же померяться? – поднял бровь Саша. – Вот ты сам скольких завалил?
– Ну, тварей двадцать точно. Может, сорок. Они у нас как поднялись, так почти все куда-то на север уползли, – махнул рукой сопровождающий. – А чего несешь-то, что в коробке? Не бомба?
– Да нет, ты что? – улыбнулся Александр. – Там у меня карты распечатанные и брошюры по выживанию, чтобы вы гражданским раздавали.
– Так ведь нет у нас практически гражданских, – хмуро заметил моряк. – Как нас примерно осталось, может даже меньше. Порт-то военный.
– Это хорошо, значит…
– Погоди, пришли уже, – проговорил старшой и, громко постучав в дверь, запустил внутрь небольшого трехэтажного здания Сашу. – Почта пришла.
– Врешь, собака, – сказал седой мужчина лет шестидесяти. – Признавайся, малец, где форму взял?
– Разрешите доложить? – спросил Александр по уставу.
– Ну, докладывай, – кивнул, улыбаясь, начальник, все еще рассчитывая на розыгрыш.
– Это материалы для гражданских, здесь расположение общин и основного штаба армии, – сказал он, выкладывая бумаги на стол. – Вот мой пропуск и приказ.
– Черт, собака. Не врешь, – сказал, напрягаясь, военный. – Ну, здравствуй, Александр. Меня Павел Никифорович зовут, или капитан первого ранга Устинов.
Саша молча поднял руку к воображаемому козырьку, про Устинова ходили если не легенды, то многочисленные слухи: трижды чуть не дослужившись до контр-адмирала, тот трижды же уходил на понижение за критику власти. Он был одним из самых опытных вояк в современности, о которых слышал лейтенант.
– Ха, вижу, узнал, – улыбнулся Павел. – Ну что ж, тем лучше. Тогда спрошу по-простому, зачем пожаловал?
– Ищем место для эвакуации гражданских, – врать живой легенде Саша не видел никакого смысла. – Мы собрали около десяти тысяч человек, а места у нас только на две.
– Значит, нужно место для восьми тысяч, – нахмурился капраз. – Многовато.
– Вообще для двадцати восьми, – осторожно заметил Александр. – По расчетам штаба, именно столько живых осталось в Сахалинске. А в окрестностях должно быть еще десять тысяч.
– И что вы хотите? Чтобы мы на головах друг у друга сидели? – возмутился было Устинов, но, сев и взяв в руки карту, внимательно ее осмотрел. – А с чего начальство твое вообще решило город эвакуировать? Укрепляли бы оборону.
– Все зомби от вас в центр ушли. Там их примерно в двадцать раз больше. По крайней мере, встречаются они значительно чаще.
– В двадцать, – пробормотал Павел, потом, шепча губами, что-то прикидывал, размышлял. И в конце концов спросил: – У ваших лбов есть статистика по населению?
– Совершенно верно, – кивнул Саша. – Собрали еще после теракта.
– Сколько выжило? Только точно.
– Около ста семидесяти тысяч на весь остров Сахалин. Но это максимум, без учета раненых и погибших при столкновениях с зомби.
– Каждый сотый, – прикрыл рукой глаза Устинов. – Черт, у нас в войсках каждый двадцатый выжил, остальные погибли.
– У нас в войсках так же. По всей видимости, от интерфейса зависит.
– Ну хорошо. А сколько этих, как вы их называете, зомби?
– В десять раз больше, – сухо заметил Александр и, увидев побледневшее лицо капраза, добавил: – Но они пока атакуют живых только при голоде, разграбления магазинов им хватает, по квартирам они еще не пошли.
– И что? Это меня сильно порадовать должно? У меня под командованием две тысячи моряков, а против, как ты говоришь, миллион семьсот? Да какими бы тупыми они ни были, рано иди поздно прорвутся, а ты еще хочешь повесить мне на шею двадцать тысяч гражданских.
– Гражданских можно обучить, вооружить.
– Будто без тебя не знаю, – отмахнулся Павел. – Ладно, ночь на дворе. Мне подумать надо. Уведите его в казарму, дайте…
– Разрешите мне вернуться к своим, я до утра и в машине поспать могу.
– Чего уж. Разрешаю. Свободен, – бросил Устинов, погружаясь в свои мысли.
– Есть, – кивнул Александр, выходя. Обратно к грузовику они дошли меньше чем за пять минут. Разговаривать не хотелось, так что шагали молча.
– Ну как? – спросила, выжидающе глядя на него, Кристина, когда он забрался в кабину. – О чем договорились?
– Ты даже не представляешь, – улыбнулся Саша. – Там целый капитан первого ранга, Устинов!
– Я что-то о нем слышала, но не много.
– Да он же легенда! Причем единственная из ныне живущих, война за объединение Африки, подавление мятежей в Боливии и Венесуэле – это все его заслуги.
– Ну, тебе виднее, – сказала девушка, плотнее кутаясь в плед. – А о чем договорились-то?
– Сказал, что должен подумать до утра, – ответил старлей, прижимаясь к ней. Вместе спать было теплее. В любом случае. А уж если как следует погреться. Кристина остановила его поцелуй.
– Не сегодня, – извиняясь, сказала девушка. – У меня месячные начались.
