Похоже, он невольно принял служебное сообщение, предназначенное для новостных каналов. Фантастически полезный дар, особенно если направить его на перехват биржевых сводок. Лет пять назад он отдал бы за это левую руку. А то и правую… Теперь Андрей имел все и бесплатно – включая способность отращивать конечности, но это его не радовало. Все, что у него было, принадлежало гадам, а Земля… она даже не знала, кто такие эти «участники звездного сообщества» и что здесь начнется через двое суток. Земля продолжала с оптимизмом смотреть в будущее, не замечая впереди пропасти.
Под левой грудью зачесался крест. Андрей снова вспомнил о Владимире и сообразил, что попусту теряет время. Пока процессор «Колыбели» обеспечивал доступ к мозгам Серого, этим нужно было пользоваться.
Андрей устроился в постели поудобней: возможно, спать придется долго. Вот только заснуть бы…
Сердце тут же сбилось с ритма – в этот момент он мог бы поклясться, что ощущает, как увеличиваются паузы между сокращениями.
«Ну привет, братец по крови», – успел подумать Андрей.
Этот бар не был похож на забегаловку, где работал неудавшийся эмигрант в Воронеж.
Андрей обнаружил себя в крайне пафосном заведении: глухой бронзовый свет, глубокие кресла и живой музыкант за роялем. Кто-то когда-то решил, что джаз – это неимоверно стильно, так оно и повелось. Можно подумать, у богатых людей не бывает мятежной юности. Как будто всех миллионеров акушеры принимают уже облаченными во фрак и в сияющие лаковые ботинки.
Андрей уже и сам догадался: Серый никуда не ушел. Едва к нему вернулось
Расплатившись и не забыв при этом о пятнадцати процентах чаевых – держим, держим марку! – Андрей вышел в вестибюль.
Сорок минут до начала регистрации. Он осмотрелся и степенно двинулся к справочному автомату.
«Киев: рейс отправлен.
Тель-Авив: посадка закончена.
Минск: посадка закончена…»
Андрей провел пальцем по длинному списку, пока не наткнулся на две строчки:
«Лос-Анджелес: посадка продолжается.
Нью-Йорк: посадка продолжается».
«Цыц!» – подумал Андрей, направляясь в сторону касс.
Девушка в окошке улыбнулась и кивнула ему, как хорошему знакомому.
«Надежда Панкратова» – значилось у нее на бэйджике.
«Женя?..»
– Господин Мамонтов! – крикнули за спиной.
«Да, точно. Значит, Женя. Ну и ладно».
Из бара выбежал официант с отвратительно знакомым чемоданчиком.
– Господин Мамонтов, вы забыли свой багаж!
«И что я с ним таскаюсь? Все равно же в нем…»
«И еще джинсы, я в курсе. Нет, так нельзя. А ну-ка, сосредоточиться!» – приказал себе Андрей.
– Благодарю, – проронил он и, повернувшись к кассирше Наде Панкратовой, ответно ей улыбнулся: – В Найроби мне не нужно. Нужно в Лос-Анджелес или в Нью-Йорк. Очень.
Девушка сделала губки бантиком, но возразить не посмела. Андрей
– Пожалуйста, отправьте меня в Северную Америку. Не важно, куда. Важно, чтобы быстро. Пожалуйста. Я полечу на любом месте, хоть в сортире.
– Зачем же вам лететь в со-о… – последнее слово она произнести не решилась и, растянув его вздохом, погасила где-то внутри. – К сожалению, посадка на рейс до Лос-Анджелеса уже закончилась. А до Нью-Йорка свободных мест много, и вы еще успеете. Оформлять?
– Оформляйте, Надя, – царственно ответил Андрей.
Получив новую карточку, он слегка успокоился и поспешил к стойке регистрации. Со времени его предыдущего
Миновав контроль и наконец-то сдав чемоданчик, Андрей прошел по телескопической трубе. В салоне было тихо, динамики уютно гудели. Свет был не таким, как в баре, но тоже приятным, успокаивающим. Андрей занял свое место и принялся листать журнал, но вспомнил, что при взлете все средства связи на борту отключат. Пока рассаживались последние пассажиры, он откинул встроенный в подлокотник терминал и вызвал региональную справочную службу. Вопрос Андрей задал умопомрачительный по хамству и наивности, однако он решил, что для Северной Америки это должно быть нормально. Ответ пришел сразу:
