– Товарищ подполковник, а какие у нас дальнейшие планы? – поинтересовался Казанцев, после плотного завтрака и чая с галетами. Мое командование они приняли безоговорочно, да и по-другому, они просто не могли.
– Пока задержимся в окрестностях, у нас тут встреча назначена. Через несколько дней уже все вместе будем пробиваться к своим.
– А немцы не будут мешать из-за поста?
– Найдем укрытие хорошее затаимся… Все, лейтенант, с этой минуты вы расчет пулемета. Мы вчера постреляли из него, но не вычистили, займитесь, а мы пока займемся маскировкой катера.
Если вы думаете, что Степка просто принял новеньких и все… ага, как же. Его интересовало все, жизнь, служба, авиация, работать он старался поближе то к одному то к другому. Если с сержантом он сразу просек, что от него немногого добьёшься, то с лейтенантом, с моего одобрения, долго чесали языками.
Из-за маскировки пришлось задержаться почти на час, закончив с изучением и чисткой МГ, летчики-штурмовики стали нам помогать.
Когда тихо урча мотором, мы вышли из заводи с лодками на прицепе, то со стороны казалось что плывут три куста. Один впереди, урчит мотором, за ним цепочкой два поменьше на расстоянии по три метра каждый.
– Вроде он, – пробормотал я, сверяясь с картой. Впереди виднелся покрытый невысоким лесом, преимущественно березой, небольшой островок, размером метров тридцать на шестьдесят.
Удобной бухты тут не было, пришлось пробивать его, чтобы подвести катер и лодки к берегу, благо там была открытая вода.
– Черт, траву на винт намотали, – пробормотал Степка, когда мотор внезапно стих. Сержант успевший снять сапоги прыгнул в воду, ухнув по пояс, держав верёвку и оружие над головой он побрел к острову, таща нас на прицепе, через минуту в воду прыгнули и мы с лейтенантом и тоже впряглись как бурлаки на волге.
Зашвартовав лодки и катер, мы принялись маскировать их.
– Так, вещи из самой большой лодки выгружаем на берег, лодку нужно освободить от груза, – скомандовал я.
До обеда было еще далеко, поэтому я решил отправляться сейчас.
– Как долго вас ожидать товарищ подполковник? – поинтересовался Казанцев.
– От нескольких часов, до нескольких суток, лейтенант. Если мы не вернёмся через пять дней, забирайте катер и уходите к нашим. Продовольствия вам хватит недели на три, не меньше, – ответил я.
Степка в это время уложил на дно лодки весла и стоял рядом с шестом в руках, уперев его в землю.
Лейтенант и сержант стояли на высоком берегу и смотрели, как мы уходим. Перед тем как мы ушли за поворот и нас скрыл высокий камыш, я увидел, как взлетела рука Казанцева в прощании.
– Видишь, как удобно все сложилось, теперь за вещами есть кому присмотреть.
– Повезло, – откликнулся Степка: – ты слышал, Жорка Казанцев говорил, что советские войска подошли к Смоленску, уже блокировали его.
– Не особо торопятся. Я Сталину рассказал, какие потери мы понесли. В последнее время стали давать отпуска для улучшения демографии и беречь солдат. В лоб уже не бросают.
– Понятно… Поворот.
– Наш следующий.
Через сорок минут мы были на месте.
Пробив в стене камышей проход, стали загонять в него лодку.
– Упаримся мы так, – тяжело дыша, выдохнул Степка, когда нос лодки уперся в очередную кочку.
Мы стояли на корме, чтобы нос задрался, и легче было отталкиваться шестами.
– А что делать, опять на пузе? Отдохнём немного и продолжим, вот уже видно, метров двести осталось.
– Слушай, я что придумал. Веревки у нас метров на сорок, один прыгает в болото, идет вперед находит место покрепче и подтягивает лодку. Как?.. А почему я?!..
– Инициатива еб. т инициатора, раздевайся, – хмыкнул я.
Идея Степки сработала, лодка подтягивалась как на салазках. Сидя по середине чтобы распределить вес я внимательно отслеживал обстановку вокруг, держа карабин наготове. Немцы наверняка обнаружили уничтоженный пост, и должны поднять тревогу. Один пост мы уничтожили, и насколько я знал кроме пары деревушек, по окраинам болота, больше ничего тут не было. Думаю, они привлекут местных в наших поисках, пост был один и потеря катера остро скажется на поисках.
– Все, прибыли, барин, – бросая верёвку на дно лодки, тяжело дыша, прохрипел Степка.
– Отдышись, а то нырнуть не сможешь.
– Угу.
Раскачав, он взобрался в лодку, отряхнув мокрые руки, взял фляжку с водой и, открутив колпачок жадно к ней присосался.
– Когда пойдем?
– Лодку замаскируем, я вот по пути камыша нарвал и травы, накидаем сверху, не будет видно.
– Хорошо, маскируй, а я пока отдохну.
Через десять минут, закончив, толкнул Степку:
– Пошли, пока.
Вода доходила мне до груди, я держался за край борта и одну из кочек, пока Степка выбирался из лодки, оставив, как и я, оружие на дне.
– Ты первый, – сказал Степка.
– Ага, давай за мной.
Нырнув, мы держась за руки пошли на глубину. Когда голова стала кружиться от недостатка кислорода, а Степка задергал руку, я стал быстро перебирать руками, устремляясь вверх.
– Вернулись, наконец? – на полусевшем в воду понтоне, стоял дядя Олег и, облокотившись о перила, спокойно курил с комитетским прищуром глядя на нас.
– Да куда мы денемся? – отдышавшись, ответил я, рядом фыркал Степка.
