Упавший на землю карабин не выстрелил, уже хорошо. Быстро подхватив немца за подмышки, я утащил его в сторону от освещаемого участка у двери. После чего подскочив к стене зашарил в поисках ключа. Тут я что-то задел, и это что-то полетело в траву у двери.
– Ах ты. Блин! Гоблин безрукий! – не удержался я.
– Командир? Товарищ лейтенант это вы? – услышал я за дверью шепот Карпова.
– Да я, я. Блин ключ уронил. Сейчас найду, – ответил я таким же шепотом, и прислонив карабин к стене, зашарил по траве в поисках ключа.
В мастерской отчетливо зашептали, переговариваясь между собой.
– А ну тихо. Раскудахтались, – зашипел я им в ответ.
Наконец я нашел ключ и вставив его в замок, повернул. Дверь с легким скрипом открылась.
– Сколько вас тут?
– Десять, товарищ лейтенант, – ответил Карпов, первым выходя наружу.
– Хорошо. Держи, – сунул я ему в руки карабин.
Остальные последовали за сержантом.
– Севка привет, – поздоровался кто-то со мной. Присмотревшись, я узнал одного из наших пилотов в бомбардировочном полку Никитина. Так вот кто эти трое летчиков.
– Привет Кир, вот уж не думал что встречу тебя тут.
– Получилось так, нас тут неподалеку подшибли.
– Ясно, потом расскажешь, – сказал я, и стал быстро командовать:
– Вы двое метнулись к машинам, это вон туда за угол, там немец убитый лежит. Приносите его и закрываете в мастерской. Вы двое берете вот этого, связываете вставляете кляп и грузите в грузовик. Ты идешь за угол я там прислоненный к стене карабин оставил, берешь и встаешь в охранении у машин, все работаем. Быстро-быстро! – командовал я не взирая на звания.
Сработали мы действительно быстро. Труп немца закрыли в мастерской, пленного в кузов, сами сели в машину.
– У въезда пост, – тихо сказал, прежде чем залезть в кузов неизвестный командир, в его одной уцелевшей зеленой петлице сверкнул прямоугольник.
– Знаю. Все уже продуманно, – ответил я и сел на место водителя.
«Так это стартер, это педали!..» – разглядывая управление подсвечивая фонариком что взял у первого часового. Видимо ему был положен, или просто трофей.
Наконец глубоко вздохов, я повернул ключ и нажал на кнопку стартера, внутренне радуясь что тут электростартер, а не как у полуторки, кривой. Два раза крутнувшись, стартер вдохнул жизнь в двигатель грузовика. Не давая машине прогреться, я выжал заднюю скорость, и стал сдавать назад. Отъехав от стены комендатуры, я развернул машину и включил вторую передачу, от которой машина пара раз дернувшись, стала разгоняться.
С хрустом повалился плетень и мы поехали по грядкам, второй, третий, и мы переехав через параллельную улицу сломав очередную ограду, и чуть на застряв на тыквенной грядке вырвались в чистое поле.
Поле было не очень ровным так что ехали мы не очень быстро, пока не выехали на пересекающую поле дорогу. Вот тут-то я уж оторвался.
В зеркала заднего вида я видел взлетающие над селом ракеты, но выстрелов не слышал, наверное их заглушал рев прогретого мотора.
«Что мы имеем? Машину, пленный, два карабина, мой маузер и четыре немецкие гранаты – это плюс. Уж не знаю почему у обоих часовых были гранаты, но это могло нам пригодиться. А вот незнание обстановки – это минус!» – поэтому я как только отъехал от села километров на десять, загнал машину в первые попавшиеся кусты и заглушил мотор.
– Что случилось? – спросил сидевший рядом Карпов.
– Куда ехать? Я не знаю, а ты?
– Не знаю, – растерянно ответил Карпов.
– Вот. А пленный знает. Нужно допросить его, – ответил я вылезая из машины.
– Бойцы что там с пленным? – крикну я в кузов.
– Очнулся он, когда по полу катался, мычит что-то, – ответил мне кто-то.
– Давай его вытаскивай, допрашивать будем. Кстати кто-нибудь немецкий знает?
– Ну, я немного, товарищ лейтенант, – ответил другой.
– Все вылезайте, знакомиться будем, – велел я.
Нахлебники попрыгали с кузова, один из них застонал, придерживая раненную руку.
Пока экипаж лейтенанта Ламова вытаскивал немца, я быстро перезнакомился с остальными. Двое оказались танкистами из одного экипажа. Сержант Иванов, командир танка, и мехвод Крапивин. Военврач Фельдман, тот который про пост говорил. И три красноармейца, один из них был ранен в руку, Комов. Другой говорил по-немецки. Лазарев. Третий представился Быковым, больше я ничего от него не слышал. Кстати второй карабин прихватизировал Иванов.
Допрос немца не продолжался долго. Лазарев хоть и понимал с третьего на пятое, но что нам надо перевести смог.
Как я и думал, кухня ездила на аэродром подскока. На нем базировались четыре «стодевятых», и небольшой обслуживающий персонал, А вот охраняли его всего пятнадцать солдат во главе с унтер-офицером. Рация, и палатки для пилотов, это все что там находилось. Друг у немца пару раз сопровождал туда кухню, так что более-менее что там и как, он знал.
– Жаль сил маловато что-то сделать. Можно было бы захватить технику, – сожалеющее сказал я.
– Кхм, – прочистил горло Иванов.
– Сержант если у тебя есть что сказать, то говори, не смущайся, – сказал я.
– А если будет танк? – спросил он.
– А? – не понял я.
– У нас танк есть. Тут не далеко, – пояснил он.
