Исидро еще не понял, что его хозяин уже мертв. Роджер крутанулся навстречу приближающемуся гиганту. Когда Исидро бросился на него, Корделл поймал в борцовский захват его прямую левую руку, в то же время другой рукой остановил кулак Исидро с надетым на пальцы кастетом и вывернул его. Здоровяк свалился лицом вниз на обтянутый зеленым сукном стол, который опрокинулся прямо на умирающего Доминика. Роджер уже успел выхватить пистолет и был готов к продолжению схватки.
Исидро, из разбитого носа которого текла кровь, в мгновение ока вскочил на ноги. Он кинулся к Роджеру, словно рассвирепевший бык. Его огромные руки, казалось, готовы были разорвать Роджера на куски. Роджер выстрелил. Пуля попала в коленную чашечку Исидро.
Исидро Форталеза, некогда известный под именем Эл Омбрэ Монтана, повалился, застонал и схватился за разбитое колено.
Тем временем у Доминика, лежащего на полу рядом с Исидро, начались судороги. Его страдающий от недостатка кислорода мозг посылал беспорядочные сигналы остальным частям тела. Роджер подумал, что это похоже на танец, страшный танец смерти, и он отвернулся. Взгляд его упал на вазу, стоявшую неподалеку на полке. Она служила банком в игре. Подойдя ближе, он вытряхнул ее содержимое на пол. Прикинув свой выигрыш, он поднял с пола деньги, отсчитал нужную сумму и положил ее в карман. К тому времени Доминик уже больше не дергался.
Завороженные смертельными муками хищника, словно оглохнув и разом онемев, «овцы» наблюдали за кончиной Доминика без отвращения.
Исидро, оправившись от боли, перекатился в сторону, молча глядя на человека, который навеки сделал его хромым. Пытаясь запомнить каждую черту его лица, он надеялся, хотя бы и в отдаленном будущем, убить его. Роджер ответил ему таким же пристальным взглядом и покачал головой:
— Догадываюсь, что у тебя был тяжелый день, Исидро. И безработный, и хромой — и все за один день. Похоже, тебе придется искать себе новое дело. Желаю удачи!
Исидро плюнул в его сторону и смачно выругался на своем языке.
Роджер одобрительно кивнул в ответ на бессмысленную браваду раненого и продолжил:
— Может, мне предложить тебе работу программиста? Я знаю, что эта профессия не имеет большого будущего, но, исходя из того, что я здесь вижу, ничего другого тебе не остается.
Человек, который прежде был Дэвидом Вандемарком, повернулся и осторожно вышел из гостиницы. Никто не пытался его остановить. Пробираясь к своей машине на стоянке, он печально вздохнул: похоже, каникулы кончились. Пришло время сказать: «Прощай, солнечный Санибель».
Они сидели за столом небольшого застекленного кафе, в которое можно войти прямо с улицы. Эта «забегаловка» была настоящей находкой — здесь можно было надежно укрыться от зноя и духоты вашингтонского летнего дня. Вида выбрала домашний салат, Айра же заказал чуть не четверть меню.
Подобострастное, почти королевское, обхождение, с которым к ним отнеслись здесь прямо у порога, начинало приобретать смысл. Айра Левитт явно был одним из самых уважаемых клиентов в этом заведении.
Дородный агент ФБР откладывал разговор с Видой до этого момента. Он заявил, что не может говорить о Дэвиде Вандемарке на пустой желудок. И хотя Вида не очень-то купилась на это, она начинала понимать с пугающей ясностью, что у ее нового партнера имеются собственные подходы к делу и что ей придется просто к ним привыкать. По пути в ресторан Айра завел разговор на личные темы. Он угадал, что у Виды не было мужчины, что она посещала юридическую школу по вечерам, и дома у нее трое младших братьев и мать, живущие в маленькой квартирке.
В свою очередь он добровольно выложил ей, что разведен уже около десяти лет, и кое-что по мелочам. Однако у Виды сложилось впечатление, что Айра не такой уж открытый в том, что касается его личной жизни. У него ее просто не было. Вида встречала и других агентов, жизнь которых всецело зависела от работы в Бюро. В случае с Айрой все выглядело вдвойне трагично, стоит только вспомнить его кабинет в подвальном помещении здания ФБР. Мысленно воспроизведя в памяти эту картину, Вида содрогнулась.
К тому времени, как официант вернулся с ее содовой водой и бутылкой пива «Дос-Эквус» для Айры, терпение Виды лопнуло.
Она сделала ему еще одну последнюю уступку: разрешила быстро глотнуть пива.
— Ну, расскажите мне о Вандемарке, — сказала она заинтересованно, подстрекая его начать разговор. Айра отметил ее нетерпение с чувством нежности и удовольствия, снова глотнул пива и сказал просто:
— Он был юристом в Мичигане.
Это вызвало как раз ту реакцию, которую Айра ожидал. Вида сидела, широко раскрыв глаза от удивления. Он получил возможность потянуть пивка из стакана до того, как Вида, придя в себя, сказала:
— Вы меня дурачите, ведь так?
— Ничуть.
— Серийный убийца, который когда-то был юристом?
