Машина тронулась. Дэвид быстро осмотрелся, нет ли какой-нибудь возможности поехать следом. Прямо напротив него остановилось такси, из которого вылез пассажир. Дэвид одним прыжком оказался рядом с машиной. Выходящий из такси пассажир заметил его приближение и придержал дверь автомобиля, не закрывая ее. Дэвиду показалось, что удача наконец-таки повернулась к нему лицом.
Он сел на заднее сиденье и сказал шоферу:
— Вы не поверите, но мне бы хотелось...
Но повернувшийся к Дэвиду шофер направил на него пистолет. В такси не было обычной перегородки между передним сиденьем и задним. Человек с пистолетом улыбнулся и сказал:
— Ты не поверишь, приятель...
Действуя чисто рефлекторно, Дэвид резко ударил его кулаком в нос. Пистолет выпал из руки обескураженного водителя и упал под ноги Дэвиду. Наклонившись, чтобы поднять его, он почувствовал, что на шею ему набросили петлю-удавку. До того как он смог среагировать на это, его уже притянули головой к двери, через которую он только что вошел. Руки его инстинктивно схватились за горло. Шнур больно врезался ему в шею. Удавка!
Стремительный телепатический сигнал, посланный назад, сообщил Дэвиду, что нападавший был тот самый человек, который придержал для него дверь. Ему следовало бы знать, что подобная вежливость крайне редка в Нью-Йорке. В глазах Дэвида потемнело, окружающий мир потерял четкость очертаний, но он заметил еще одну машину, которая, скрипнув тормозами, резко остановилась на другой стороне улицы как раз напротив такси. Из нее выскочил человек и бегом направился к ним.
Похоже, что теперь все уже не имеет никакого значения. Дэвид понимал, что в следующие тридцать секунд он будет уже мертв, если не освободится от удавки. Отчаянно пытаясь проникнуть в мысли напавшего на него человека, Дэвид выяснил, что тот находится в очень неудобном положении для выполнения той работы, которой он сейчас занимается. Применение удавки было для него самого неожиданным и отчаянным действием, так как при виде того, что Дэвид выбил пистолет из рук шофера, ему не оставалось ничего другого, как накинуть ему на шею петлю. Убийца сам неустойчиво держался на ногах. Окружающее стало превращаться для Дэвида в расплывчатое красное пятно, но он терпеливо ждал, когда убийца решит сменить позу, чтобы удержаться на ногах. Как только он почувствовал, что душитель сделал какое-то движение, Дэвид вскинул руки вверх и схватил испуганного убийцу за запястья. Затем он изо всех сил подался вперед. Это усилие было вознаграждено страшным клацанием зубов его врага о крышу такси.
Не пытаясь сорвать слегка освободившуюся удавку с шеи, Вандемарк снова ударил шофера, который пытался достать с пола пистолет. На улице Дэвид увидел, как еще один человек, направлявшийся сюда, сунул руку под спортивную куртку. Было нетрудно догадаться — зачем. Поэтому Дэвид схватил пистолет с пола и выстрелил ему в плечо. Человек в спортивной куртке развернулся от удара и упал на тротуар.
Дэвид стащил удавку с шеи, почувствовав, как глубоко она впилась в кожу, и повернулся, чтобы посмотреть, где ее владелец. Ошеломленный таким поворотом дела, нападавший одной рукой держался за разбитый рот, из которого между пальцев капала кровь. Удавка тянулась от его браслета к запястью другой руки. Увидев это, Дэвид резко потянул за нее снова, и убийца, отскочив от двери, скрылся из вида.
Не выпуская из руки пистолет «таксиста», Дэвид шагнул на тротуар. Человек, в которого он всадил пулю, стоял на четвереньках, пытаясь дотянуться до упавшего оружия. Дэвид пнул его ногой в лицо и помчался дальше по улице. Толпа испуганных зевак расступилась, давая ему дорогу. Никто не пытался остановить этого внушавшего ужас человека с дымящимся пистолетом, окровавленной шеей и горящими глазами.
Сорок минут спустя Чарльзу Кемдену подробно доложили обо всем случившемся. Оперативный работник, который подобрал Герберта Шелли и отвез его в Вест-Сайд, на обратном пути решил взглянуть, что творится там, где должны были взять Вандемарка. Он не знал, что его партнеры сделают с телом своей жертвы: оставят на месте или отвезут куда-нибудь. Оперативник решил, что без всякого риска может проехать мимо и посмотреть. Ведь убийство его не касалось. Не найдется ни единого свидетеля, который мог бы указать на него.
Можно представить себе его удивление, когда он увидел там двух своих коллег, две стоящие неподалеку полицейские машины и машину скорой помощи. Оперативник припарковал машину в стороне от места происшествия и пешком вернулся к толпе людей, собравшихся вокруг. Стоя среди них, он пытался понять, что произошло.
Его сослуживцы уверяли полицейских, что кто-то пытался ограбить таксиста. Некий добрый самаритянин, проходивший в это время по улице, попытался вмешаться в происходящее. За это он не досчитался большинства своих зубов. Удавка «доброго самаритянина», естественно, была выброшена в ближайший водосток к тому времени, как приехала полиция.
