Еще один выразительный пример: больной страдал от частых мочеиспусканий, которые ставили его подчас в трагикомическое положение. Начал со всей серьезностью лечить почки, обратился к специалистам с просьбой о восстановлении предстательной железы. Между тем, биолокация показала, что почки – в норме, и простатит тут лишь едва-едва начинается. Что же требовалось? Нужно было перейти на другой образ жизни, убрать, грубо говоря, гранд-брюхо, которое жиром своим постоянно давило на мочевой пузырь, и досадная жизненная помеха исчезла сама собой, без всяких химикатов.
И еще один пример: острые боли, неожиданно прокалывающие сердце, серьезно травмировали психику молодого человека, врачи «на всякий случай» кормили его таблетками и каплями. Между тем, биолоцирование выявило прекрасное состояние сердечной мышцы и – хроническую межреберную невралгию. Два-три спиртовых втирания – и наступило полное восстановление бодрости, оптимизма у человека и избавление от неопасной, но нудной болевой привязки… Короче говоря, владение биолокационной диагностикой требуется всем, кто соприкасается с врачеванием! Развить чувствительность рук – не проблема, здесь, как и везде, задачу решает регулярная тренировка и внимание к полученным сигналам.
Думается, основа и потенциал биолокационной диагностики ясны. Готовность ее применения у целителя, использующего биоэнергетику, всегда, как говорится, на старте, достоверность ее высока. Что именно ушиблено при аварии, например, селезенка или кишечник? От оперативного решения этого вопроса, бывает, зависит сама жизнь человека.
Еще и еще раз – следует применять все без исключения доступные нам диагностические способы: от выхода на кармическую ячейку до определения биогеопатогенности его жилища или работы (где он, возможно, теряет больше сил, чем получает). Если есть возможность, непременно привлекать данные технических и электронных видов диагностики. Если можно перепроверить себя данными, открывающимися вашему уважаемому коллеге, отлично! Главное – результат, главное – возвращение здоровья доверившемуся вам больному: если мы верно установим отклонения от нормы на всех сущих уровнях, мы постараемся эту норму достичь!
Никогда, наверное, не забуду мрачного эпизода из своей диагностической практики. Это было тогда, когда я только обнаружил в себе способность определять болезненные изменения в органах людей посредством рамочки и буквально упивался этой совершенно новой для себя возможностью, диагностируя вдоль и поперек всех встречных и поперечных. Однажды, когда я пришел с каким-то спортивным повреждением в кабинет физиотерапии, врач воспользовалась мною в качестве прибора быстрого тестирования, и, как я понял, мои указания помогли ее назначениям, что лишь подогрело мою совершенно оголтелую тогда страсть к диагностике аномалий. В ту пору я должен был, по законам диспансеризации, периодически представать перед отвечающим за меня врачом поликлиники Академии наук и вот, явившись по обязанности, дерзко сказал своей милой «начальнице»: «Я-то здоров, а вот разрешите вас посмотреть». Разумеется, такие-то заявления врачу приходится выслушивать не каждый день, и она, с известной долей любопытства, согласилась. И вот тогда-то я разошелся! И отсюда-то сигналит, а отсюда еще больше, а тут – от щитовидки – глядите-ка, как рамку зашкаливает!.. И в этот момент она резко прервала меня: «Да, я знаю, что здесь у меня опасные узелки. Но можете ли вы их убрать?» – «Нет», – растерянно, сразу осекшись, ответил я. «Так вот: если вы не можете сказать «Б», тогда незачем произносить «А»!..» Я стоял, как оплеванный, – и поделом мне было! Урок этот я запомнил навсегда, и с тех пор, даже когда уже научился, образно говоря, «убирать узелки», никогда не торопился прикнопливать напряженное внимание пациента своими безжалостно острыми заключениями.
Вспоминается и Айджан Курманбеков: «Нет, баба, у меня для тебя нужной травки», – ведь это совсем иначе звучит, чем «неизлечимая опухоль у тебя». Не правда ли? Так говорил необразованный, но мудрый врачеватель в сложных случаях, и вспоминается по аналогии некий питерский «сене», возомнивший себя величайшим из великих целителей. Вызвал на сцену для демонстрации своего таланта молодого парня и стал вещать: «На сердце у тебя четыре пробоя. Как же ты еще живешь?.. Слушай дальше: левая почка еле дышит, правое легкое висит, как мешок, ну, а про позвоночник и говорить нечего. Энергия вообще на нуле. Ладно, сейчас будем тебя лечить. У меня, знаешь, какие методы? Десять профессоров пытались оспорить, всех положил на лопатки, всех опроверг! Ну держись!..» Что тут скажешь? Диагноз – точнее, самодиагноз, был поставлен однозначно: полная профнепригодность, безумно раздутое «эго», рядом с которым полностью должна потеряться ничтожная, с его точки зрения, личность пациента. А ведь не зря сказано: «Словом можно убить»…
