— Не ори на меня. Ну прости, что испортила твой подарок в первый же день. Говорила же, не готова была.
— Что, по-другому не получается тональность подобрать? — машет у меня перед лицом.
— Я верну тебе деньги за нее.
— Да засунь себе их знаешь куда!
— Детки, не ссоримся. Демис, да бог с этой машиной. Я вот рад. Надо было разгон взять побольше и топить как следует. Прокатить с ветерком по городу. Или сбить, сдать назад и еще раз по нему проехаться.
— Я же говорю, именно это я и пыталась сделать. Но он просто запрыгнул на капот. Как будто каждый день перед работой занимается этим на магистрали. Запрыгнул, чертов ниндзя. Еще я оружие потеряла.
— Что?
— Оружие! Какое еще оружие, Демис?
— Небольшой подарок от меня.
— Ты имбецил, Демис.
— Я не мог быть рядом с ней сегодня. На случай, если жучок в телефоне не сможет отследить, оставил ей для уверенности, но я же не думал, что она им воспользуется. С виду трусиха.
— Он стал меня душить, и я пальнула, — выкрикиваю и отворачиваюсь.
— Покажи.
Сзади по плечам скользят сильные руки. А я отравлена другими прикосновениями, которые, как выстрелы, изрешетили мою душу. Проматываю те сумасшедшие минуты около него. Я просто спятила, если чувствовала возбуждение. Сбрасываю с себя чужие руки. Поворачиваюсь.
— Прости, что наорал. Одна больше ездить не будешь. Где ключи? Отгоню машину.
— На столе.
Демис покидает нас. Мы с Ромой остаемся на балконе пятиэтажки. Тушу сигарету на дне своего бокала. Хватаю нож для фруктов. Отрезаю кусочки яблока, закидываю хрустящий ломтик в рот.
— Ты опять молчишь, и в глазах печаль засквозила. Не переживай, Демис завтра будет везде с тобой. У него огромный опыт во многом. Твоего Ияра в котлету закатает, и все пойдет…
— По плану, — заканчиваю за него.
Почему чувствую, что ложь снова хочет раскатать, заползти в мои уши, а правда — тонкая, хрупкая, как струна, рвущаяся на ходу.
— Да, именно так. Садись рядом, — постукивает по креслу. — Посмотрим на звездное небо. Давай вместе помечтаем. Ты уже придумала финал своей вендетте?
— Еще нет! — отталкиваюсь от перил. Обхожу кресло сзади.
Его голова откинута назад. Глаза прикрыты.
— День сегодня тяжелый был…
Приставляю нож к горлу, и Рома замолкает.
— Акси, опусти нож.
— Почему, Ром? Из всех пациентов ты выбрал именно меня? Чем я так привлекла тебя?
— Слушай мой голос, Акси, опусти нож.
— Я никогда не задавала вопросы. Но вот сейчас меня мучит один. Кто ты на самом деле? Неужели я снова чайной ложечкой попиваю обман?
— Опусти нож, и мы поговорим об этом. Хотя ты и без меня знаешь. Я твой врач, друг и опекун.
— Ответь честно. Ты молодой врач. Профи в своем деле. Куча заслуг. Но ты, считай, бесплатно лечишь меня. Почему?
— Я тебе не лгу, — голос приобретает спокойный тон. — Прекрати искать проблемы там, где их нет.
— Ты лжешь.
— Нет. Сейчас посчитаю до пяти, и ты опустишь нож, — голосовые вибрации становятся гипнотическими. — Один… два… три… четыре… пять…
Выкручивает мою ладонь, и холодный металл звонко падает на пол. Отшвыривает его в сторону. И теперь я чувствую себя предателем.
— Если у тебя есть ко мне вопросы, ты могла просто спросить, — холодным тоном. — Больше так не делай. Или мы расставим все точки, и живи как знаешь. — Обходит меня стороной.
— Вот и отлично! Можешь прям сейчас собираться и валить. И Демиса прихвати с собой. Мне все равно, — выкрикиваю вслед.
Ударяю по журнальному столику ногой. Все содержимое на нем подлетает, разлетается по балкону. Эмоции бьют через край, делают своё дело. Закрываю лицо ладонями, давлюсь слезами.
***
Какая дура. Второй раз уже подхожу к комнате Ромы, но так и не могу зайти. Делаю пару робких стуков. Дверь легко открывается. На кровати лежит в домашней пижаме мой самый дорогой человек, а я как последняя истеричка веду себя. Как я вообще додумалась до этого? Ведь роднее у меня никого нет. Куда я без него.
Не находя оправдания себе и незаслуженным оскорблениям, опускаю взгляд в пол от стыда.
— Можно?
Но Рома молчит. Дальше читает содержимое картонной папки.
— Ром, прости меня. Пожалуйста. Я дура… причем полная. Все, что сказала, — это так, ветер погоняла. Я так не считаю. Ты мне нужен, как бы эгоистично это ни звучало. Не бросай меня. Я просто не переживу еще… — глотаю комок в горле, — ложь. Без тебя…
— В первый день моей работы, — громко перелистывает страницу, делает пометку ручкой, — я случайно стал свидетелем разговора двух санитарок. Они бурно обсуждали отрывки из дневника, посвященные некоему «И». Мне стало интересно. Взял папку, пока делал обход, изучал, кто же такая эта загадочная «А». В истории болезни только фото. Как ты туда попала и почему — не понятно. Целенаправленно отыскал твою палату и увидел спящую на подоконнике тень. Может, я бы и ушел, но меня поразила твоя схожесть кое с кем. Просто один в один, — отрывает взгляд от документов. — Ну что ты там стоишь? Иди сюда, кнопка, — прихлопывает по кровати. — Я не обижаюсь.
Забираюсь в теплую постель, кладу свою голову на колени.
— И с кем же? Эм… с парнем?
— Нет! С моей сестрой, которая так же сидела и увядала. Я не смог ее спасти.