Он выпрямляется и кладет руки на колени. Сейчас в его улыбке есть что-то виноватое.
– Для меня. Это я и хочу сказать.
– Что ж, вы даже не представляете, как я вам сочувствую. Надо же, я для вас проблема.
– Я неудачно выразился, простите меня еще раз. Это не ваша вина.
Он умолкает, в смущении разводит руками и опять кладет их на колени.
– У меня в Испании довольно деликатная миссия, – тихо произносит он наконец.
– Я догадываюсь.
– И я не сам по себе. У меня есть товарищи. И они беспокоятся.
– Я понимаю. – Голос Елены звучит жестко. – Они хотят знать, может, я сплетница и болтунья? Из тех, кто слишком много говорит.
Похоже, эти слова приводят его в крайнее возмущение.
– Ради бога, – протестует он. – Я никогда не стал бы утверждать…
– А вам не кажется, что у меня была масса возможностей рассказать кому угодно кое о чем, но до сих пор, однако, я этого не сделала? Вы и ваши товарищи хотите получить от меня письменные заверения? Хотите, чтобы я дала вам гарантии своего молчания?
– Умоляю вас, не обижайтесь.
– Вы говорите, не обижайтесь? – Она встает, резко затягивается и тушит сигарету в пепельнице. – Вы пришли предложить мне деньги?.. Или угрожать мне?
Итальянец тоже встает, он смущен.
– Умоляю вас, поймите…
– Я понимаю гораздо больше, чем вы думаете, и позвольте мне это доказать.
И дальше громко и запальчиво Елена рассказывает обо всем, что знает и предполагает: операции итальянских военных водолазов, атаки на Гибралтар с суши, а не с подводных лодок, сговор с местными тайными агентами, ее уверенность в том, что водолазы укрываются на судне, пришвартованном к молу в Альхесирасе, на «Ольтерре».
– Все это мне безразлично, – заканчивает она. – Идет война, и мне не за что благодарить англичан – скорее, наоборот. Мне все равно, даже если вы вместе с немцами потопите весь средиземноморский флот… Доходит до вас?
– Доходит, – подавленно отвечает он.
И тут, повинуясь иррациональному порыву, она шагает к нему так стремительно, что он невольно отступает.
– Однако, – продолжает она, – признаюсь, мне любопытно. Я хочу задать вам вопрос, и от вашего ответа будет зависеть, продолжим ли мы разговор или на этом закончим… Вы готовы на него ответить?
Он снова моргает, в его зеленых глазах такая робость, что это трогает ее сердце. Мне хочется его поцеловать, вдруг думает она, удивляясь себе. В щеку или в губы. Да. Прямо сейчас.
– Да, я готов, – говорит он почти торжественно.
Опять эта его наивность, думает она. Дойдя до этого предела, уже невозможно притворяться, если только он не гениальный актер. Интуиция подсказывает ей, а потом и разум подтверждает: все это время он говорил правду.
– Вы участвовали в атаке позапрошлой ночью?
Итальянец, похоже, обдумывает ответ. Он наклоняет голову, отводит взгляд, но потом снова вскидывает глаза.
– Может, и так.
– Говорят, там погиб итальянский водолаз.
Он опять выдерживает паузу.
– Такое возможно.
– Я могла подумать, что это вы, понимаете?
От этих слов он слегка вздрагивает.
– Вы так подумали?
– Я этого боялась.
На сей раз пауза затягивается. Надолго. Итальянец смотрит на Елену так, что теперь неловко ей. И вдруг он резко отступает и берет куртку.
– Спасибо за ужин и за то, что вернули мои вещи. Сожалею, что сегодня нарушил ваш покой.
– Подвергнув опасности мою репутацию?
– И это тоже.
Она качает головой, уперев руки в бока.
– Ничего вы не нарушили, и моя репутация по-прежнему в безопасности… Если уж Арго не прогнала вас со двора, я и подавно не прогоню.
Он шагает было к двери, но колеблется, будто в чем-то усомнившись, и так и стоит посреди комнаты. Если он меня сейчас поцелует, думает Елена, я не стану ему мешать. Только я ведь знаю, что он не поцелует.
– Может быть, в другое время, – говорит он, и Елена содрогается, потому что на секунду ей кажется, будто он прочитал ее мысли. – И в другом месте.
– В другой жизни? – улыбаясь, добавляет она.
Итальянец смотрит на нее долгим взглядом, полным робкого любопытства.
– Вы – необыкновенная женщина, – заключает он.
– А вы – упрямый мужчина.
Он резко поднимает голову, будто его ударили в подбородок, и она снова читает в его глазах неуверенность.
Святые небеса, думает она почти по-матерински. Надеюсь, в глубинах моря он не такой. А то его же там мигом убьют.
Он смотрит на свадебную фотографию. Потом перекидывает куртку через плечо и направляется к двери.
– Вы и дальше будете атаковать англичан? – спрашивает она.
Он останавливается в нерешительности. И снова смотрит на нее.
– Зачем вы об этом спрашиваете?
– Кое-что мне известно, кое-что я могу узнать… Вдруг вам пригодится. Или, может, вам будет интересно.
– Без сахара, так?
– Да, спасибо.
