— Мы долгое время считали Агафонова погибшим, — произнес он, отставив чашку. — Катастрофа была страшной, а Павел Агафонов был в списке погибших, да и как иначе.
Я поинтересовалась, кого он подразумевает под словом «мы».
— Сотрудники нашей фирмы, конечно, — ответил он, посмотрев на меня. Значения его взгляда я не поняла.
— А Хапуров? — осторожно спросила я.
— А при чем здесь Хапуров? — Джолио пожал плечами. — Понятия не имею.
Он вдруг спохватился.
— Ах да, я ведь не представился! — Он привстал и слегка поклонился. — Джон Рэлли, технический переводчик.
Рэлли? Я присмотрелась к своему визави более внимательно. А ведь в нем было что-то общее с тем самым персонажем короткометражного фильма. Какая-то едва уловимая общность типажей.
— Евгения Охотникова, — представилась я с улыбкой. — Мы с вами коллеги.
Я решила ограничиться этой информацией, решив, что для шапочного знакомства ее вполне достаточно. К тому же мне в свое время, кроме всего прочего, довелось поработать и переводчиком.
— Могу я поинтересоваться, как к вам попала столь редкая медаль? — спросил Рэлли-2. — Ведь не продал же вам ее господин Агафонов?
— Почему вы так думаете? — тотчас спросила я.
Коллекционер усмехнулся.
— Потому что официальная информация о ее продаже нигде не всплывала, — спокойно ответил он. — Иначе я бы воспользовался этим шансом, как вы сами убедились. А если он вам ее продал, значит, вы с ним очень коротко знакомы.
А он чертовски проницателен, этот Джон Рэлли.
— А почему вы решили, что Павел Агафонов все-таки жив? — бросила я следующий пробный шар.
— У меня есть свои источники, — коллекционер продолжал безмятежно улыбаться. Или всему виной особое строение челюсти?
— Скажите, — я решилась на совсем уж отчаянный шаг, — а некий Кальдекут Рэлли вам случайно не родственник?
Джон Рэлли обнажил в улыбке крупные белые зубы. Так вот как он, оказывается, улыбается. Или демонстрирует улыбку, что не совсем одно и то же.
— А от вас, видимо, ничего не скроешь, правда, Евгения? — Он вовсе не выглядел обескураженным. У меня даже создалось впечатление, что наш разговор его забавляет. — У нас один отец, а, следовательно, и фамилия общая.
— Значит, вы братья, — произнесла я, чтобы оценить его реакцию.
— Да, единокровные, — реакция оказалась довольно вялой. Видимо, родственные связи не входили в число первостепенных ценностей Джона Рэлли. Но, выходит, именно брат и поставлял ему информацию о деловой активности Павла. И мало ли о чем еще.
— Могу я увидеть медаль? — Джону Рэлли явно наскучило ходить вокруг да около. Я молча положила перед ним открытый футляр. Рэлли, взяв футляр обеими руками, принялся внимательно изучать медаль. Тщательно рассмотрев ее с одной стороны, он осторожно перевернул медаль и столь же внимательно исследовал с другой.
— Да, это действительно тот самый экземпляр, — произнес он, положив передо мной футляр. — Сколько вы за него хотите?
Я назвала сумму, которую задумала еще в подмосковном отеле. Взгляд Джона Рэлли сделался холодным и равнодушным, словно он в одно мгновение утратил всякий интерес к покупке лежавшей перед ним медали.
— Хотите получить щедрые комиссионные? — Он смотрел на меня в упор неприязненным насмешливым взглядом. — Она не стоит таких денег.
— Тогда не покупайте, — спокойно ответила я. Торговаться я не собиралась, мне этого не поручали.
— Могу я поговорить с самим господином Агафоновым?
— Он поручил мне вести переговоры от своего имени, — отрезала я. — Я озвучила ту самую сумму, которую назначил сам господин Агафонов. О том, что сумма может быть пересмотрена в сторону уменьшения, он не упоминал.
— Тогда я вынужден с сожалением сообщить, что сделка не состоялась, — Рэлли вздохнул. Вот уж не думала, что он умеет вздыхать. По мере того как развивалась наша беседа, я все больше сомневалась, что этот господин способен хоть на какое-то проявление обычных человеческих чувств. Оказалось, что способен. Например, пожалеть о несостоявшейся сделке.
Рэлли извлек из внутреннего кармана визитку и положил ее передо мной.
— Если господин Агафонов все же пойдет на пересмотр выдвинутых условий, пусть свяжется со мной по этим координатам, — он глазами указал на визитку. — Вас не затруднит передать ему это?
Я милостиво убрала визитку в сумочку и пообещала, что непременно все передам. Рэлли торопливо попрощался и быстрым шагом вышел из ресторана. Деловой человек, ничего не скажешь… Выждав несколько минут, я направилась следом.
