Романтические отношения, начавшиеся в иммигрантских кварталах Канадских городов, иногда приобретают опасный характер, особенно, если в дело вмешиваются спецслужбы…В оформлении обложки использована фотография автора Filip Mroz по лицензии Unsplash.
Борис Викторович Сударушкин
Итальянский квартал
1
В Торонто муниципальные библиотеки часто имеют местечковую специализацию – во всяком случае некоторое время назад так было…Библиотека на Dufferin st. рядом с St.Clair ave. должна была обязательно иметь итальянские газеты и какие-нибудь книги на итальянском – это потому, что район называется Corso Italia – там скученно селились иммигранты из Италии после второй мировой войны…
В девяностые годы прошлого века там поселился я…
Иногда итальянские [а ныне уже канадские] стариканы-пенсионеры, тусовавшиеся на скамейках рядом с зелёными зонами вдоль авеню St.Clair, увидев молодую незнакомую девушку, идущую мимо, замолкали, и кто-нибудь из них вкрадчивым тоном говорил от имени всей компании – "Buonasera Signorina" … Говорилось это не издалека, а в самый момент, когда она уже проходила мимо – почти в спину … в вакууме молчания это выглядело как не совсем приличное заигрывание, но в этом их кайф и состоял…
В местных магазинчиках часто можно было услышать итальянскую речь, но ко мне всегда обращались по английски – а потому я сильно удивился, когда однажды меня окликнули на улице:
– Un gentiluomo puo chiedere a Sua Altezza Reale di bere con me questa bottiglia di vino?
В изумлении я уставился на явно поддатого мужика полу-богемного вида и ответил:
– Sorry, I don't speak Italian…
– Ах-ха-ха ! Ты русский? Я издали соотечественника учуял – неужели бы я итальяшке предложил бутылку вместе распить? Ты меня обижаешь…
Странная и неловкая ситуация…Если бы дело было в Москве или в Питере, то можно было просто сказать "извини, друг, я спешу…" , или просто – "не пью" – и всё на этом. Но здесь, в Канаде, в тысячах миль от России, как-то неловко русскому человеку так резко отказывать, тем более может он живёт где-то в этом квартале – обидится ещё, и будешь потом периодически встречать врага на своей улице…
– Где ты так по-итальянски говорить научился? – спросил я нехотя, протягивая ему руку и называя себя: – Борис…
– А…, это? – он пожал мне руку, – Кафедра романской филологии Санкт-Петербургского Университета. Красный диплом, между прочим. Потому в этом районе и поселился… Здесь меня зовут Алекс…
– Да ты чо? Мы с тобой в одном здании учились – я Восточный заканчивал. Только по годам немного не совпали…
– Боже правый ! – он искренне удивился, но выпитое склоняло к панибратству: – А ты здесь случайно не при погонах? Вы ведь все там – востоковеды/искусствоведы "в штатском" – знаю я ваш факультет.
– Я здесь по семейным обстоятельствам…
– Будто в вашем ведомстве трудно семейные обстоятельства состряпать, – тут он немного протрезвел от собственного хамства и даже улыбнулся примирительно: – Пардон, пардон…я немного пьян…
Но я уже разозлился:
– Среди нас-то есть и "при погонах", – проговорил я медленно и уже подумывая как-бы от него отвязаться, – но погоны это "не моё" … Хотя лучше уж при погонах, чем с вашими филологическими НЕДОмужиками водку пить…
Стало противно от самим сказанной глупости про НЕДОмужиков…
Он должен был обидеться , но неожиданно и нетрезво улыбнулся:
– А я спорить не буду. Действительно, всегда чувствовал неловкость… Но девицы у нас на филфаке были самые, что ни на есть …
– Я вообще-то не пью, – сказал я примирительно. – То есть ВООБЩЕ не пью.
– Ну, слушай, встретились за семью морями выпускники одной alma mater, полаялись как собаки и гордо разошлись, – тон его стал почти просительным, – Ну, давай хоть посидим полчаса в баре, никто тебя пить не заставляет…
Что это ему так приспичило? Ностальгия достала или язык чешется по русски поговорить? Последнее иногда бывает в отрыве от своей языковой среды.
– Ну, пойдём, Бог с тобой…
– А вот Бога ты зря помянул всуе…, – он поднял указательный палец пьяным жестом, на ходу пытаясь заглянуть мне в глаза. – Меня бесы одолевают…
– Ха…, вот про это ты мне сейчас и расскажешь, – я ухмыльнулся, предчувствуя свою роль резонёра в предстоящей беседе…
Мы зашли в бар и сели в самый дальний угол у окна…В отличие от канадских баров, итальянский бар – это место, в котором можно кроме крепких напитков ещё и попить кофе, и даже поесть – обычно утреннюю выпечку или сэндвичи "panino" …
– Я тебе сразу скажу главное, – начал Алекс, отхлебнув очередную порцию алкоголя. – Есть здесь одна…Из Москвы, короче, девушка… Школьницей с родителями уехала в Израиль, а теперь вот здесь оказалась. Хорошо говорит по русски, но практически уже канадка…
– Ну, так я тебя поздравляю.
– Нет, нет, нет – это моя несчастная любоффф…, – он "микшировал" классическую фразу , исковеркав ударение в конце и, скривив гримасу, взглянул в окно. – А как у тебя? Что за семейные обстоятельства?
– Не хочу вдаваться…Если кратко – жена сбежала к другому и увезла пятилетнюю дочку, не оставив контактов и адресов… Пытаюсь через суд добиться доступа к ребёнку и раскрыть информацию о их местонахождении… В Канаде такие сведения только через суд…
– О, это мы знаем, это мы в курсе, – он закрыл глаза и несколько раз сочувственно кивнул…, – И сколько же времени у тебя не было секса?
