Провести два месяца лета в Италии, на морском побережье, ни о чём непереживая и не заботясь. Соблазнительная перспектива, верно? Многие изнас не отказались бы побыть на месте того везунчика, которому выпалатакая возможность. Тёплое море, вкусная еда, прекрасная архитектура ирасслабляющая атмосфера…Но что, если взглянуть на это всё глазами восьмилетнего ребёнка? Что нужно маленькой девочке для счастья и так ли важна страна?
Ух! Я сижу в самолёте у самого иллюминатора. Втихаря поменялась местами с подружкой, пока воспитательница отвлеклась. Но под самолётом только белая мутная вата. Облако, наверное.
Перед полётом папа рассказывал мне, каково это – лететь на самолёте. Предупредил и про воздушные «ямы» в зоне тру… тубр… Да неважно, как это правильно называется. Вот это было по-настоящему страшно: самолёт будто спотыкался при подъёме. А потом выровнялся и стало спокойнее.
Пока за иллюминатором ничего интересного не наблюдалось, я просто сидела, рассматривала детали самолёта и пыталась представить, что меня ждёт после посадки. Как минимум, это лето обещало стать самым необычным за все восемь лет моей жизни. Два месяца из трёх мне предстояло провести в Италии.
Дело в том, что меня пригласили в какую-то программу по оздоровлению детей, проживающих в «чернобыльской зоне». Больше из объяснения мамы я ничего не поняла. Знала только, что из школы ехала целая группа ребят. В том числе и мои подружки-одноклассницы. Точно будет весело! Заодно сможем утереть нос всяким городским заносчивым девчонкам, которых привозят к бабушкам в нашу деревню. Они тут будут воздухом чистым дышать, да комаров кормить, а мы к морю едем в самую настоящую заграницу!
Всё в этой поездке было ново и необычно для меня. Огромный аэропорт и проверка нашего багажа, как в кино. Первый полёт на самолёте, да ещё и без родителей! Красивая улыбчивая женщина в форме, развозящая на тележке обеды и предлагающая выбрать напиток. Вот это да! С нами обращались, как со взрослыми. Из напитков я выбрала томатный сок, чем вызвала недоумение на лице подружки. Она апельсиновый взяла. А мне-то что? Я помидоры люблю и сок томатный.
И вот мы уже на месте. Как утята, один за одним, вышли следом за воспитательницей из прохладного салона самолёта в жаркое пекло. Ага, на мне ещё и курточка. Дома-то было прохладно и дождик шёл. Но стягивать куртку некогда. Нас быстро пересчитали и направили в автобус, который располагался возле самого самолёта.
В здании аэропорта нас ждал увлекательный аттракцион: по чёрной резиновой дорожке, напоминающей змею, начало выезжать множество сумок и чемоданов. Вот бы на такой прокатиться! Но я терпеливо высматривала свой чёрный с фиолетовыми и зелёными вставками рюкзак. Я, хоть и из деревни, но вполне воспитанная девочка. Другие ребята из группы тоже нетерпеливо топтались возле багажной ленты и с горящими глазами и восхищённо смотрели на участок стены, прикрытый прозрачными лентами. Оттуда и выныривали сумки.
Как только все нашли свои вещи, нас тут же повели дальше. По пути заметила, что этот аэропорт даже больше предыдущего. Я очень старалась не отвлекаться на людей, которые говорили на незнакомых языках, чтобы не отстать от группы и не потеряться. Ух ты! Чернокожий! Самый настоящий… «Нельзя отвлекаться», – вспомнила и снова стала внимательно следить за ярко-голубым чемоданом воспитательницы. Нас снова посадили в автобус. Он больше предыдущего и очень высокий.
Кроме нашей группы, в автобус сели улыбчивые итальянские дети постарше нас и начали эмоционально что-то говорить. Воспитательница пояснила, что нас так поприветствовали, очень рады нашему приезду и пожелали отлично провести лето в их стране. Здорово, только очень они шумные и активные: улыбаются, по голове треплют, щипают за щёки и приговаривают: «Кэ бэлла рагатса!» Кажется, что они это с добром делают, но как-то не по себе.
Итальянские ребята распределились по салону автобуса и стали подходить к каждому из нас с вопросами. Девочка с кучерявыми тёмными волосами подошла ко мне и на русском языке с сильным акцентом спросила:
– Как тьебя з’овут?
Ого, они и по-нашему говорить умеют. Уже спокойнее. Значит сможем хоть как-то договориться.
– Меня зовут Аня.
– Аниа?
– А-ня! – повторяю по слогам, а итальянка радуется и выбирает из стопочки бумажное облачко, цепляет мне на майку, что-то говорит уже на итальянском и переходит к мальчишкам, сидящим сзади.
Мне тут же стало любопытно, что она на меня прикрепила, а на облачке, такими же буквами, как в немецком языке, написано «Ania». Немецкие буквы нам в школе показывали на уроках, так что я слово смогла прочитать. Наверное, у итальянцев просто буквы «я» нет, поэтому моё имя ни сказать, ни написать правильно не могут. Ладно, не стоит обижаться. Аниа звучит почти правильно. Сама я пока знала только слова «си» и «чао».
Наконец, мы прибыли в пункт назначения. По облачку на майке меня быстро нашла высокая женщина в длинном платье, радостно пообщалась с воспитательницей и обняла меня. Видимо, я выглядела очень настороженно, потому что Виктория – так звали воспитательницу – на прощание постаралась успокоить меня:
– Аня, с этой тётей ты будешь жить в Италии. Не бойся, она хорошая. А ещё очень часто мы будем собирать всю группу и устраивать для вас праздники, чтобы вы могли пообщаться. Если захочешь поговорить со мной, то можно позвонить. Договорились?
