Последовавший затем разгром турок (1402 г.) монголами Тимура, чрезвычайно выгодный Венеции, позволил ей захватить, как указано выше, ряд важных позиций на Балканском полуострове, но не нарушил дружественных отношений ее с турками; под разными предлогами Венеция не участвует в военных начинаниях против них императоров Византии и Германии. Положение меняется, когда, оттеснив своих братьев, с которыми Венеция поочередно находилась в союзе, престолом овладевает Мехмед I (1413 г.), временно примиряющийся с Византией и с Венецией, но затем направляющий всю свою весьма значительную мощь против последней.
Создав к 1415 г. значительный военный флот, о чем только мечтали его предшественники, Мехмед появляется в водах, которые Венеция привыкла считать своей неоспоримой собственностью. Несколько ослабившая за последние годы, принесшие ей столько легких побед, заботы о своем флоте, республика св. Марка принимает энергичные меры к его обновлению и в то же время ищет союзников против грозного врага. Она ведет переговоры с Византией, Венгрией, сербскими деспотами, но сколько-нибудь реальной помощи не получает.
29 мая 1416 г. венецианский флот под командованием Пьетро Лоредана одерживает крупную победу над турецким, уничтожая значительную часть последнего. Лоредан подходит к Константинополю и заставляет Мехмеда заключить с республикой мир, который был подписан в ноябре 1419 г. и не только предоставлял Венеции право свободной торговли на всей занятой турками территории, но и давал ей право безнаказанно воевать с турецкими корсарами.
На ряд лет Венеция обеспечивает себе некоторую безопасность со стороны турок, что позволяет ей возобновить договор с Византией и продолжать свои захваты на Балканах, без помех как со стороны последней, так и со стороны турок, с которыми снова заключено соглашение 20 апреля 1426 г.
4 апреля 1423 г. умер дож Томмазо Мочениго, во время правления которого были достигнуты столь большие успехи, что республика могла считать себя сильнейшим государством не только в Италии и в Европе, но и одним из сильнейших в мире. Доказательством этого могло служить посольство, прибывшее летом 1402 г. с богатыми подарками из далекой и экзотической Индии. Незадолго до своей смерти, ранней весной 1423 г., сообщает предание, престарелый дож обратился к венецианцам с речью, в которой подводил итоги своего правления и намечал перспективы дальнейшей политики своей родины. Мир и торговлю завещал своим преемникам Мочениго, ибо, утверждал он, «все наши консулы и купцы говорят нам, что мы господа потому, что весь мир нуждается в нас. Лучшим для нас будет мир, который позволит нам зарабатывать столько денег, чтобы все нас боялись»[293].
Однако мирная политика, которую рекомендовал умирающий дож, далеко не всем правителям Венеции была по сердцу. У многих из них от постоянных побед и успехов так закружилась голова, что они склонны были считать свою республику непобедимой и стремились толкнуть ее на путь дальнейших рискованных военных авантюр.
Эта-то группа, вопреки рекомендации Томмазо Мочениго, предложившего ряд своих единомышленников кандидатами на пост дожа, выдвигает человека, с которым в последние годы своего правления не раз резко расходился в мнениях покойный дож.
15 апреля после бурных дебатов только 26 голосами из 41 дожем был избран Франческо Фоскари (илл. 17). Еще не старый для такого поста человек (ему шел 51 год), Фоскари имел уже за спиной большую и яркую жизнь. Он занимал самые разнообразные ответственные посты, был членом Совета сорока, Совета десяти, «прокуратором св. Марка» и т. д., ездил в качестве посла к турецкому султану, императору и папе. Сам представитель старого, но обедневшего патрицианского рода Фоскари был связан с многими такими же, как он, беспокойными, готовыми на любые авантюры патрициями и опирался на их поддержку. Страстный сторонник политики, ориентированной на запад, на расширение и укрепление сухопутных итальянских владений Венеции, он в течение всего своего догата стремится компенсировать ими все более ощутимые потери позиций на Востоке, связанные с продвижением турок. Именно с его именем связывается окончательное превращение республики св. Марка в сухопутную державу, старающуюся не упустить и своих многовековых морских позиций, но все большую долю средств и сил черпающую из итальянских владений. Такая установка нового дожа, к тому же человека резкого и самоуверенного, создала ему большое количество ожесточенных врагов как в самой республике, так и за ее пределами. Недаром один из таких врагов — Андреа Контарини 11 марта 1430 г. набрасывается на него с ножом и ранит его в лицо, недаром трижды в течение своего бурного правления он будет просить освободить его от почетных, но таких тяжелых обязанностей дожа.
