Основная работа в шахтах производится наемными рабочими, поденщиками или работающими аккордно. Рабочие эти уже резко дифференцированы по специальностям, статут в гл. 37 перечисляет болгайолов, карбонариолов и пикконариев, получающих, по-видимому, разную заработную плату. Точно определить различие между этими категориями при современном состоянии изучения вопроса мы не можем; по-видимому, имеются в виду работающие на мехах, плавильщики и забойщики. Рабочие первых двух категорий обслуживают не столько сами шахты, сколько плавильные печи, расположенные тут же. Эти плавильные печи организуются не компанией, владеющей одной какой-нибудь шахтой, а рядом соседних компаний и используются по очереди. Статут довольно точно регламентирует рабочее время в шахтах и на печах. Рабочие и административный персонал должны находиться на предприятии с раннего утра понедельника до утра субботы (гл. 34), причем работа производится в две смены (гл. 43), т. е. по 12 часов, в свободное же от работы время рабочие должны находиться тут же, в помещениях, специально выстроенных на территории предприятия. Зато работа в воскресенье и праздники категорически запрещена.
Кроме основного производственного персонала — мастера-специалиста (
Этот бухгалтерский учет служит для постоянного и неусыпного контроля, осуществляемого над деятельностью каждой компании тремя магистрами производства и через них — коммуной, причем магистры имеют при себе многолюдный аппарат контролеров, бухгалтеров, судей, разрешающих все тяжбы предпринимателей и рабочих. Они следят за безопасностью производства на каждой шахте, организуют откачку воды и противопожарные мероприятия, определяют качество продукции и после соответствующей регистрации дают разрешение на ее продажу, собирают пошлины и налоги с предпринимателей и вообще входят в каждую деталь как производственной, так и коммерческой деятельности.
Что касается технического оснащения производства, то о нем статут почти не упоминает, но, насколько можно судить по косвенным его показателям, оснащение это было достаточно примитивным, обычным для средневековой металлургии. Усложненная, усовершенствованная организационная структура производства не вызывала еще на данном этапе усложнения и усовершенствования его орудий труда, что, как известно, вообще характерно для мануфактуры. Эта организационная структура представляет собой своеобразное сочетание цеховых, средневековых и новых — капиталистических — элементов, причем последние хотя и не получают такого развития, как в производстве текстильном, но все же выступают весьма ярко.
Превращение цеховой мастерской в мастерскую мануфактурного, раннекапиталистического типа только начинается в XIII в., оно полностью осуществляется и дает свои зрелые социальные и экономические плоды к середине следующего, XIV в., но уже в своей начальной, зародышевой форме этот процесс, к сожалению, известный нам далеко не достаточно, представляет исключительный интерес. Он обнаруживает изменения, происходящие не только в сфере обмена, никогда не являющейся решающей и трансформирующей всю социальную структуру общества, но и в сфере производства, определяющей эту трансформацию. На примере Италии XIII в. мы видим доказательство этого положения Марксовой теории. Действительно, торговля — заморская и сухопутная, и ее неизбежный спутник — банковско-ростовщическое дело развиваются и перерождаются в это время в ряде городов-коммун — в Генуе, Пистойе, Лукке, Сиене, Пизе, но ни в одном из этих городов, как мы частично видели уже, а частично увидим ниже, это развитие и перерождение не приводят к превращению данного города в ведущий центр новых социальных отношений, новой политической организации и новой культуры. Наоборот, города, в которых в большей или меньшей степени развито и эволюционирует производство, и среди них на первом месте Флоренция, становятся такими центрами, занимают первенствующее, руководящее положение во всей Италии, а до некоторой степени и во всей Западной Европе.
В торговой деятельности и в банковских операциях, в изготовлении шерстяных тканей и оружия, в острой напряженной политической и социальной борьбе против своих недавних господ, а ныне смертельных врагов — магнатов-феодалов пополаны ведущих итальянских городов создают новые формы жизни, новую социальную атмосферу, атмосферу гибели феодализма и создания нового режима.
Эта перемена ярко характеризуется единичным фактом, происходящим в самом начале занимающего нас в данной главе периода[80].
