Что делает Италию столь удивительной, особенной и прекрасной? Конечно же, люди! Портрет итальянца не одинаков в разных регионах, но раскованность и жизнерадостность – его неизменная черта. Британский журналист Джон Хупер написал критичную, но в то же время полную любви книгу об итальянцах, об их менталитете и отношениях между собой и приезжими. О многовековой любви к своему району и локальным магазинам и кафе, о роли церкви, о коррупции и мафии. О сложной законодательной системе, где общенациональные и местные законы зачастую противоречат друг другу. О легкости отношения к жизни, о прошлом, настоящем и будущем замечательной и любимой во всем мире страны. Это не путеводитель. Это книга о национальном характере, рожденном великой историей и не всегда понятной иностранцам современностью.
Переводчик
Редактор
Руководитель проекта
Корректоры
Компьютерная верстка
Дизайн обложки
Иллюстрация на обложке
This edition is published by arrangement with Aitken Alexander Associates Ltd, and The Van Lear Agency LLC
II bel paese
ch'Appennin parte, 'l mar circonda e I'Alpe.
«Прекрасная страна, что разделена Апеннинами и окружена морем и Альпами».
Никому не пришло бы в голову начинать книгу с описания Порта Пиа.
Расположены они в одном из наименее привлекательных уголков центра Рима – месте, где соседствуют архитектурные стили разных эпох и их представители поглядывают друг на друга с подозрением, словно свекровь с невесткой. Самое большое здание в округе – Британское посольство, построенное в 1970-х годах. Архитектор сэр Бэзил Спенс очень старался, чтобы его творение удачно вписалось в окружающее пространство. Но уверенности, что ему это удалось, нет. Здание посольства напоминает огромный бетонный полупроводник, выдернутый из материнской платы гигантского компьютера.
Ворота – те самые Порта – названы в честь Пия IV, последнего покровителя Микеланджело, папы римского, который привел к успешному завершению Тридентский собор и тем самым положил начало Контрреформации. Друг и биограф Микеланджело Джорджо Вазари писал, что художник предложил Пию три проекта ворот и тот выбрал самый недорогой[1]. В наши дни эти ворота образуют одну из сторон более масштабного сооружения – ту, что обращена к центру Рима. Вопрос о том, какая часть задумки Микеланджело уцелела, остается открытым. Изображения ворот на монете чеканки 1561 года, когда началось строительство, и на гравюре, сделанной через три года после окончания работ, существенно различаются.
В XIX веке другой Пий – папа римский Пий IX – разместил позади ворот Микеланджело (если считать, что они все еще имели отношение к Микеланджело) внутренний двор, а также добавил новый фасад в неоклассическом стиле, обращенный в противоположную от центра города сторону. За внутренним двором между двумя фасадами Пий IX построил несколько зданий таможенных постов. Рим тогда еще был столицей Папской области – обширной территории, управлявшейся папами с VIII века, последний правитель которой с негодованием отказался присоединить ее к новому государству – Италии.
Каждая из сторон Порта Пиа продолжается Стеной Аврелиана. Она была построена в III в. для защиты Древнего Рима. Величественная и крепкая стена с большим или меньшим успехом защищала город на протяжении 15 веков. Только пробив в ней дыру в полусотне метров к западу от Порта Пиа, итальянские отряды смогли пробраться в Рим и таким образом завершить объединение полуострова, положив конец светской власти пап. Многие солдаты, прорвавшиеся сквозь брешь в то сентябрьское утро 1870 года, принадлежали к элитному корпусу новой итальянской армии, известному как берсальеры («меткие стрелки»). Позже таможня у Порта Пиа была превращена в музей берсальеров.
В целом окрестности ворот беспорядочно эклектичны. Однако этот район площадью всего в пару сотен квадратных метров напоминает обо всех периодах истории, которыми итальянцы особенно гордятся, – о Римской империи, Ренессансе и Рисорджименто[2]. Некоторые, хотя и не все, включили бы в этот список еще и папскую власть, и Контрреформацию, которые принесли с собой великолепие барочных церквей Рима.
