Программы оформлялись большей частью так сложно, что нередко у ворот должен был стоять глашатай, чтобы объяснить публике значение сооружений. В печатных описаниях расшифровывались аллегории и надписи[512]. Несмотря на это, триумфальные арки не были понятны всем и во всей полноте. К примеру, некий баварский путешественник следующим образом описывал триумфальные арки, сооруженные во Флоренции в 1565 году по случаю свадьбы Иоганнa Австрийского: «…и, идя через весь город до кафедрального собора, по дороге можно было увидеть много красивых Arcus Triumphales, которые все-таки высоко ценились всеми, согласившимися на сей счет, особенно из-за изощренности. Но от мало что понимавших не приходилось ждать и высокой оценки»[513].
Расходы в основном нес город; таким образом, оформление было особенно прибыльным делом для художников, причем в деле были заняты разные ремесленники – столяры, живописцы, штукатуры-лепщики, скульпторы, ткачи и т. д. Экономный городской совет мог применять триумфальные арки неоднократно. В Данциге, например, они хранились в Арсенале. Время, необходимое для сооружения, составляло от одного до двух месяцев. В Бреслау в 1577 году все было сделано за 28 дней, точно так же как и Вене; триумфальные ворота в Венеции для встречи Генриха III после его поспешного отъезда из Польши Андреа Палладио воздвиг по поручению города примерно за месяц[514].
Но из источников нередко следует, что город брал на себя лишь часть расходов. Так, в описании свадебных празднеств в Граце специально подчеркивалось, что «великолепные ворота» сооружены «за счет города Граца»[515]. Архитектура праздника в любом смысле была эфемерной. В Граце картины поблекли из-за плохой погоды, а фонтан оказался поврежден в результате скопления народа[516].
В то время как ход и художественная концепция венских и пражских въездов поддаются реконструкции на основе сообщений и архивных документов, в Кракове до сих пор лишь немногие архивные документы могли дать информацию о роли города и, соответственно, поручениях художникам[517]. Некоторые имена были названы в связи с въездом Генриха Валуа: столяр Войцех, позолотчик Павел Влох и художник Ян Литвинек[518]. Краковские художники Каспер Курч и Ян Бурстин получили, вероятно, оплату за «structura arcus triumphalis cum quatuor pyramidibus» (строительство триумфальной арки и четырех пирамид) в связи с прибытием Сигизмунда III Вазы в Краков после его коронования королем Швеции[519]. Курчу заплатили в том же году за украшения зала господ в Краковской ратуше; убранство состояло из изображений короля. Таргош предполагает, что Курч участвовал и в оформлении коронационного въезда Вазы в Краков (1587), где также в центре программы стояли королевские изображения[520]; он же получил денежное вознаграждение за различные маски, изготовленные для маскарада в 1607 году[521]. В связи с въездом Сигизмунда III в 1594 году[522] упоминается имя мастера-обойщика Винценты Цыганты (Винченцо Циганти); он же в 1609-м делал маски для «венецианского маскарада»[523].
Принято упоминать в разговорах о праздничном оформлении города имена Джироламо Канавези, Санти Гуччи или Бернардо Морандо. Но все же сооружение триумфальных арок в Кракове находилось в первую очередь в ведении живописцев, столяров и позолотчиков, а не скульпторов (muratores, lapicidae), поскольку для эфемерных построек применялись такие материалы, как холст, дерево и клей[524].
В результате установки триумфальных арок происходило пространственное переструктурирование города. Отмечая важные точки – ворота, мосты, площади, ворота к замку-резиденции, – эфемерные конструкции способствовали тому, что все пространство города превращалось в воображаемое пространство праздника[525].
Как в Праге, так и в Кракове было несколько центров проведения праздников. В Праге – Староместская площадь, Ринг с ратушей как центром и Град. В Кракове празднество концентрировалось на Рыночной площади и в Вавеле. Краковская Марианская церковь была важной остановкой на королевском пути во время коронаций. Триумфальные арки специально воздвигались на самых значимых местах королевского пути, определяя пространственную и ритмическую последовательность процессии, а городские ворота украшались (особым образом, «на заморский лад»), обозначая символическую границу праздничного пространства. Реки – Дунай, Влтава и Висла – тоже вовлекались в инсценировку как места потешных сражений или просто в качестве символов места (в Вене в церемонию торжественного въезда государя входило восшествие на корабль; аллегория Вислы была составной частью триумфального шествия в Кракове). Символическое значение имели и мосты (см., к примеру, оформление Карлова моста на пражском празднике 1558 года), а также границы между городами Большой Праги (Старый город, Новый город, Малая Страна и Градчин)[526].
