Авторы этой книги известны всем, кто интересуется российской политической жизнью. Степан Степанович Сулакшин – политический деятель, бывший Полномочный Представитель Президента РФ в Томской области, депутат Госдумы, генеральный директор Центра научной политической мысли и идеологии. Людмила Игоревна Кравченко – ведущий эксперт этого центра, автор многих проектов, связанных с политическим положением России.В своей новой книге Сулакшин и Кравченко разбирают итоги деятельности В. В. Путина на посту президента РФ за его третий президентский срок. Они сравнивают проекты «Россия» и «Антироссия» в цифрах, рассказывают о манипуляции сознанием в путинской России, о том, что действительно происходило и происходит в экономической и социальной сферах нашей страны, о состоянии малого и среднего бизнеса, которых, по мнению авторов, правительство «водит за нос», о налогах, «Кремлю в радость, народу в тягость», о действительном уровне инфляции, о «плавающем курсе» рубля и, наконец, о взглядах на российскую молодежь и будущее России. Многое из того, что содержится в книге, до сих пор отражалось лишь в особых правительственных докладах.
Низкая инфляция – это предмет особой гордости Путина, который каждое свое публичное выступление подкрепляет статистикой по инфляции. На ПМЭФ, например, он отметил, что «уже сегодня мы практически достигли целевых ориентиров по инфляции, ожидаем, что по итогам 2017 года она будет ниже целевой, то есть ниже четырех процентов». Ради достижения целевого уровня по инфляции ЦБ отказался даже от своих конституционных обязанностей – поддержания устойчивого курса рубля. Не стал он заниматься и вопросом экономического роста, который напрямую определяется денежно-кредитной политикой. ЦБ посчитал, что главное направление – это борьба с инфляцией через удушение экономики. Образно можно сказать, что для борьбы с температурой достаточно либо устранить причины, вызвавшие ее, либо умертвить тело. Банк России выбрал вторую стратегию. Но почему статистическая борьба с инфляцией столь важна для Кремля?
Причин этому несколько:
– Банк России подотчетен президенту. Спустя столько лет провала «пришла» пора говорить о результате, тем более что президент вступает в предвыборную гонку;
– инфляция – один из параметров макроэкономики. Макроэкономические показатели влияют на решение иностранных инвесторов, вкладываться или нет в российскую экономику;
– чем ниже инфляция, тем больше государство сможет сэкономить на индексации пенсий. Ведь есть же разница, индексировать их на 10 % или на 4 % ежегодно;
– реальные доходы граждан, заработная плата, то есть доходы, скорректированные на показатель инфляции, будут тем выше, чем инфляция ниже. Поэтому статистическая подгонка с инфляцией еще улучшает и другие показатели.
Конечно, справедливо бы было добавить в этот перечень и заботу о гражданах, чьи бюджеты чувствительны к росту цен. Но в случае путинской России этот тезис неуместен, поскольку борьба с инфляцией ведется не в поле, а на бумаге через статистические манипуляции. О доказательствах этого факта мы и поговорим.
От чего в России зависит инфляция? Во всем мире она определяется курсом национальной валюты, издержками производителей, тарифами на перевозки и электроэнергетику, налогами с малого и среднего бизнеса, импортной инфляцией и инфляционными ожиданиями. Однако оказалось, что в России она зависит не только и не столько от этих объективных параметров, сколько от хитростей подсчета, то есть методологии Росстата.
Параметр инфляции рассчитывается на основе трех групп параметров: продовольственные товары, непродовольственные товары и услуги населению. В расчет входит множество компонентов, каждый из которых имеет свой вес. Вот именно этот вес (!) и определяет, в какой степени на инфляцию влияют колебания цен на данные товары. Весовые коэффициенты же являются почвой для злоупотребления статистическими службами. Именно здесь рождается вранье. Рассмотрим основные способы подгонки инфляции.
1. Ежегодно доля каждого параметра меняется, скачет. При этом какой-либо логики в этих скачках нет, Росстат произвольно меняет доли. В расчете практически нет группы товаров, доля которых оставалась бы неизменной.
Изменения не являются устойчивым трендом на понижение или рост, они представляют собой хаотичное изменение курса тренда – то доля растет, то доля падает. Например, до 2014 года доля продовольствия в индексе цен снижалась, затем снова стала расти. Все это иллюстрация искусственной подгонки параметров для целей Росстата.
2. Примечательно в этой связи то, что Росстат с 2014 года начинает увеличивать долю продовольствия, снижая долю товаров, которые были затронуты девальвацией. Пищевая промышленность и сельское хозяйство – наименее импортозависимые отрасли, хотя и по ним доля импорта компонентов (семена, оборудование и др.) оставалась высокой. Колебания курса рубля в наименьшей степени отразились на росте их цен, хотя по ним скачок по официальным данным составил 15 %. В то же время рост цен на товары импортного происхождения происходил пропорционально девальвации.
