Кем был Иуда, двенадцатый апостол Иисуса Христа? Предателем, гнусным злодеем, повинным в злоупотреблении доверием и доносе? Или верным учеником, чья преданность Учителю не знала границ и чьё безграничное самопожертвование в итоге обрекло его на вечное проклятие человечества, несмываемое клеймо «иуды»?.. На эти и другие вопросы даёт ответ наше исследование, основанное, во-первых, на доскональном изучении новозаветных текстов, во-вторых, на анализе произведений целого ряда исследователей, философов, историков и беллетристов. В оформлении обложки использовано изображение фрагмента картины «Поцелуй Иуды», автор Гюстав Доре.
Не одно дело, но все дела, приписываемые традицией Иуде Искариоту, — это ложь.
Камни в Иуду надо кидать осторожнее, слишком к нему близок Иисус.
Традиция неумолима. Разрушение традиции, ломка устоявшихся стереотипов — дело почти всегда безнадёжное. Особенно если этой традиции две тысячи лет.
Традиционный взгляд на историю предательства Иуды Искариота, двенадцатого апостола Иисуса Христа, общеизвестен. Иуда, согласно сложившейся традиции, повинен в совершении наиболее гнусного из всех известных человечеству преступлений — злоупотреблении доверием и доносе. Две тысячи лет деяние его ничего, кроме презрения и чувства омерзения, не вызывает, а имя Иуды стало нарицательным.
В основе традиционных взглядов на историю предательства Иуды лежат три момента: слишком очевидная правомерность их основных положений и, как следствие, полное отсутствие желания анализировать эти взгляды; бездумная вера широких масс в устоявшуюся традицию; значительный срок существования традиции при отсутствии какого-либо приемлемого альтернативного подхода к данной проблеме.
Однако непредвзятый анализ событий двухтысячелетней давности, засвидетельствованных очевидцами, заставляют усомниться в стереотипном представлении о предательстве Иисуса Христа одним из избранных им учеников.
Цель этого исследования — не оправдание Иуды и уж тем более не попытка ревизии основных христианских догматов, — а установление истины. Ибо только истина сделает нас свободными — свободными от бытующих стереотипов и традиционных, зачастую ошибочных представлений о великих событиях, которые по праву считаются началом новой эры в истории человечества.
Уже сама постановка вопроса, вынесенного в заголовок данной работы, способна вызвать у читателя недоумение. Поэтому, прежде чем приступить к ответу на поставленный вопрос, следует раз и навсегда определить точку отсчёта, ту базовую идеологическую платформу, на которой в дальнейшем будет возводиться здание анализа «предательства» двенадцатого апостола. Это необходимо сделать затем, чтобы, во-первых, сразу же задать направление нашему исследованию, и во-вторых, придать ему максимум устойчивости и ясности. Тем самым читатель обретает чёткое понимание нашей позиции и, в случае неприятия её, вправе отказаться от прочтения исследования на самом начальном этапе.
Из всего множества подходов к данной проблеме можно выделить три основных: атеистический, традиционный (консервативно-догматический) и либеральный.
Атеистический подход отрицает историчность описываемых в Евангелиях событий. Священное Писание с точки зрения атеизма — не более чем красивый миф, легенда, изобилующая сказочными, сверхъестественными чудесами. Всё божественное в нём отвергается, низводится до уровня досужих домыслов группы экзальтированных проходимцев и авантюристов. В лучшем случае признаётся факт существования некоего бродяги-пророка по имени Иешуа, каковых в те времена по земле древнего Израиля странствовало великое множество. Подвергнув ревизии основные догматы иудаизма, бродил Иешуа из города в город, из селения в селение, проповедовал новое учение, водил за собой толпы легковерных малограмотных простаков, переиначивая Закон, перетолковывая Пророков. А кончил тем, что по настоянию иудейских первосвященников был причислен к преступникам, предан римским властям и ими же казнён.
Но если Евангелие в основе своей — вымысел, не представляющий интереса для научно-исторического исследования, а Иисус и его ученики — не более чем мифические персонажи или, в крайнем случае, идеализированные образы неких реально существовавших бродяг, основателей оппозиционной религиозной секты, то вполне очевидно, что для последовательного атеизма история Иуды, одного из учеников Иисуса, является всего лишь малозначительным эпизодом древнееврейского мифа и потому находится вне поля зрения серьёзного изучения. Более того, атеизмом эта история совершенно игнорируется, исключается из сферы его интересов как не имеющая в действительности места и лишённая исторического смысла. Отсюда — отсутствие какой-либо приемлемой методологической и мировоззренческой базы для построения «дела» Иуды Искариота, двенадцатого апостола Иисуса.
