А потом откуда-то появлялись вооруженные люди, и все начиналось сначала. Утес Утреннего Света возводил новые комплексы и усиливал защиту, на что уходило все больше времени. Из домашнего мира он перебрасывал десятки тысяч солдат, и всех их надо было кормить и вооружать, на что требовались новые ресурсы. Подрывная тактика, используемая людьми, его чрезвычайно раздражала. Утес Утреннего Света не знал, как прекратить диверсии. Конфликты в его домашнем мире велись открыто, и противники стремились нанести друг другу наибольший урон. Здесь было по-другому. Из восстановленных разумов людей Утес Утреннего Света узнал, что партизанская война никогда не закончится. Подобных примеров в истории этой расы было предостаточно. Фанатичные борцы за свободу неоднократно с успехом противостояли регулярным армиям.
Диверсии прекратятся только тогда, когда на воле не останется ни одного человека. С этой целью Утес Утреннего Света продолжал накапливать все больше и больше резервов.
На промежуточной базе были зарегистрированы волны квантовых искажений, распространившихся по звездной системе со сверхсветовой скоростью. Их источник соответствовал характеристикам двигателя космического корабля людей, проходящего на расстоянии трех световых лет. Теперь этот корабль поспешно удалялся.
Утес Утреннего Света знал, что после обнаружения промежуточной базы флот Содружества предпримет атаку всеми имеющимися у него средствами.
Тысячи групп иммобайлов рассчитали защиту, способную противостоять релятивистскому удару, нанесенному людьми в районе Аншана. Сложные устройства, необходимые для модификации червоточины, уже были в процессе изготовления. Утес Утреннего Света ускорил процесс и начал переброску на промежуточную базу первой партии узлов. Одновременно он стал наращивать численность боевых космических кораблей. Атака на базу ослабит защиту Содружества, и тогда он приступит ко второй фазе завоевания, чтобы захватить еще сорок восемь планет.
Патриция Кантил и Даниэль Алстер вместе вышли из здания сената и экспрессом прибыли на Керенск. У перехода их встретил Гилберт Макклейн. Все трое сели в служебный челнок, чтобы совершить двадцатиминутный перелет к Бабийанскому атоллу.
— Даже после всей проделанной подготовительной работы я не могу поверить, что мы достигли этой стадии, — сказала Патриция. — Уверяю вас, президент очень обеспокоена.
— Мы все испытываем тревогу, — ответил Мак. — Нынешний этап может стать решающим.
— Адмирал уверен, что нам достаточно кораблей? — спросил Даниэль.
— Он сам вам об этом скажет, — ответил Мак и показал на толстостенные окна в потолке челнока. — Как вы можете убедиться, мы не тратили времени даром.
В космосе вокруг Высокого Ангела стало тесновато. Теперь там в состоянии невесомости дрейфовали три порта, связанные с Керенском и предназначенные для пассажиров и небольших грузовых челноков, направлявшихся на новые комплексы строящегося флота и промышленные станции архипелага. Девять сборочных платформ для боевых космических кораблей были намного больше, чем первоначальные устройства для сборки кораблей-разведчиков. Каждая платформа состояла из пяти гигантских малметаллических сфер, соединяющихся друг с другом вокруг червоточины, ведущей на Керенск. Элементы корпуса и другие компоненты теперь доставлялись непосредственно к кибернетическим системам, отвечающим за сборку.
Малметаллический шар четвертой платформы открылся, и внутри стал виден один из новых кораблей класса «Москва», готовый к запуску. Длина «Лондона» составляла полторы сотни метров; кирпично-красный корпус представлял собой две соединенные сферы — меньшую впереди и большую сзади, — а в узкой части торчали семь тонких пластин термоизлучателей. Эта модель проектировалась без учета аэродинамики, корабли класса «Москва» предназначались исключительно для доставки оружия.
— Выглядит внушительно, — сказала Патриция.
— В таких кораблях достаточно боеприпасов, чтобы уничтожить любую планету Солнечной системы, включая Юпитер, — пояснил Мак. — На этот раз преимущество в огневой мощи на нашей стороне.
— Я надеюсь, вы предусмотрели защиту от несанкционированных запусков, — поинтересовался Даниэль.
Мак усмехнулся.
— Ракеты Дювуа запускаются трехсторонним кодом. Залп осуществляют три члена экипажа.
— А если корабль получит повреждение и останутся только двое? — спросила Патриция.
— Это невозможно, — заверил ее Мак. — Если удар окажется настолько мощным, что пробьет силовое поле, корабль будет уничтожен.
— А, понимаю.
Патриция перевела взгляд на огромный космический корабль чужаков, к которому приближался челнок.
