Иудаизм, христианство, ислам: Парадигмы взаимовлияния полностью

После этого Иуда Искариот встретил евреев и сказал им; «Что вы сделали с человеком, которого вчера схватили?» Они сказали: «Мы распяли его». Иуда был изумлён и не мог поверить (istab 'ada). Но они сказали ему: «Мы сделали это. Если хочешь убедиться — пойди на такую-то бахчу». Иуда пошёл туда, и когда он его увидел, то сказал: «Этот человек ни в чём не виновен». Он обругал евреев, вытащил тридцать монет, которые те ему раньше дали, и швырнул им в лицо. А потом пошёл к себе в дом и удавился.

На основе этого рассказа Абд аль-Джаббар попытался доказать (66 а-b) тезис, изложенный в его вступительном замечании (см. выше), а именно, что распят был не Иисус, а некто другой. Он, судя по всему, полагает — не столько говорит прямо, сколько намекает, — что Иуда указал не на того человека.

Хотя аргументы Абд аль-Джаббара никоим образом не выглядят убедительными, они по меньшей мере наводят на мысль, что цитированный текст не исключает напрочь подобную интерпретацию. И всё-таки чрезвычайно маловероятно, чтобы важнейшее утверждение о распятии вместо Христа другого человека не было ясно сформулировано в тексте, если бы оно действительно служило темой данного фрагмента. Вероятнее всего, поэтому тезис мусульманского автора просто-напросто повторяет здесь стандартный ход исламской апологетики[241].

В обсуждаемом описании страстей Христовых важная роль отведена Ироду. Этот персонаж фигурирует также в Лк 23:6—11[242], хотя там он менее заметен. С другой стороны, Ироду отведена главная роль во фрагменте, известном как Евангелие Петра[243].

Слова, переведённые выше как «в четверг на Песах», в арабском тексте читаются как fi khamis li’l fish[244] В этой связи можно от метить, что Епифаний в De Fide ссылается на предание, по которому Тайная вечеря имела место именно в четверг[245]. В другом месте Епифаний нападает на тех, кто полагает, будто Иисус был арестован в ночь с четверга на пятницу[246] — ясное указание на то, что такое мнение действительно существовало. Кстати, основатель иудейской секты мишавитов, который, как уже упоминалось, подвергался нападкам за свою склонность к христианству, считал, что еврейская Пасха должна всегда приходиться на четверг[247].

Х. Дж. Шонфилд собрал различные тексты, в которых утверждается, что Иисуса либо распяли, либо похоронили, либо то и другое вместе — в неком саду[248]; иногда, как в нашем тексте, речь идёт об «огороде»[249]. Для нас особенно интересен отрывок, где Тертуллиан (конец II в.) приводит мнение евреев об Иисусе: «Это тот, которого тайно выкрали ученики, чтобы можно было говорить, будто он воскрес. Либо это сделал сам владелец участка (огорода), таким способом пытаясь отвлечь орды посетителей от своего салата (lactucas)!»[250]

Согласно приведённому описанию страстей, Пилат надеялся развлечь себя назидательно-поучительной беседой с Иисусом и был жестоко разочарован, когда последний не оправдал его надежд. Этот штрих отчасти напоминает цитируемое Макарием Великим возражение Порфирия против христианства[251]. Философ Порфирий, критикуя христианство, задаётся вопросом, почему Иисус не сказал (римскому) правителю и первосвященнику слов, достойных мудреца и человека божественного ранга ему следовало обратится к Пилату с мудрой и искренней речью.

В тексте Пилат назван царём (malik); возможно, в определённом milieu это арабское или соответствующее ему сирийское слово было приложимо к назначенному императором правителю[252]. Но не исключено, что ко времени последней редакции текста, предположительно сирийского, Пилата уже просто считали царём. В самом деле, его нередко награждают этим титулом в различных христианских текстах[253].

Вопреки стараниям Абд аль-Джаббара мы приходим к заключению, что в цитированном фрагменте подразумевается, что распят был именно Иисус. Однако в Tathbit находятся также пассажи, извлечённые, очевидно, из другого описания страстей (не приведённого здесь полностью), которое подкрепляет точку зрения Абд аль-Джаббара. Их можно перевести следующим образом:

(67а) (Сказано) в Евангелии: Христос стоял с одной стороны[254] на том месте (mawdi) где было распятие, и Мариам, его мать, подошла к этому месту. Тот, кто был распят на дереве [креста], посмотрел на неё и сказал: «Это твой сын», а Христу сказал: «Это твоя мать». Тогда Мариам взяла его[255] за руку и пошла прочь[256], (оставив позади) стоящих там людей.

(Сказано) также в Евангелии: «Христос умер (своей) смертью, и ничто [никакие муки] не затронуло его».

Второе полное описание страстей Христовых, фигурирующее у Абд аль-Джаббара, заметно отличается от первого[257]. Оно намного короче (так как не содержит описания суда) и в некоторых деталях напоминает соответствующее место из Евангелия от Иоанна Вот его перевод: