P.S. Конечно, поколотим их, и это не только хорошо иногда, но это-то таинственно и предопределено нам. Для гордости нашей в том-то и беда, что даже колотить Израиля мы предопределены не потому, что это для нас хорошо или что у нас «руки чешутся», а потому, что мы, как крепостной дядька, должны служить барину розгами, для его же пользы. Ваши соображения о Суламифях, признаться, не убедительны для меня, ибо одна Суламифь, первая, действительно канонизирована «Песнью песней», Библией, а что касается до всех прочих, то они были, что немцы называют, Privatsache царя Соломона. Но вот, пожалуй, что́ важно: что слово Павлово, мне всегда поющееся в сердце, зазвучало и в ваших словах. Да, Израиль — избранный, «садовая маслина». Но Бог и нас призвал в воспитатели зазнавшейся Суламифи. От нас Бог хочет, чтобы выколачивали жидовство из Израиля, а от Израиля — чтобы он, своим черным жидовством, оттенял в нашем сознании — непорочную белизну Церкви Христовой. Своею гнусностью Израиль спасает нас, научая нас ценить благо, нам дарованное. А мы за это должны колотить Израиля, чтобы он опомнился и отстал от пошлости. Приписка автора письма к моему примечанию.
[
←128
]
«Адвокаты» — это то́, что́ евреи сами хорошо именуют (у Пранайтиса) «клиптотами», «шкурками», т. е. около зерна. Теперь вообще не «зернистая цивилизация», — и «клиптотами-Грузенбергами» мы будем пользоваться, не давая им очень распространяться и захватывать наши промыслы и торговлю. «А там (в зернистую эпоху) посмотрим»... Друг мой упреждает времена и сроки, и малодушествует, не надеясь на Господа. «Господь — прибежище мое», и спи спокойно, русский. В час свой разбудит его Господь. И он сделает дело, какое пошлет его сделать Господь. Смелее, русские, и становитесь дружно против евреев: не бойтесь ничего. Примечание В. Р-ва.
Р. S. Вашими бы устами — да мед пить... Но, кажется, это Вы либо меня, либо себя только утешаете. Ведь вся действительность говорит обратное. Примечание автора письма.
[
←129
]
* Если смотреть на глаз и вблизи себя... Но, дружок мой милый, никогда не надо пугаться, а надо надеяться на Бога... Чуть ли тут Суламифи и не было «шёпнуто» что-то лишнее, чтобы она скорее «отдавалась» царю и господину своему... Ведь евреи, современники Египта и Вавилона, должны бы были стать теперь многочисленнее народа русского, где-то толкавшегося кучкою около печенегов и половцев; многочисленнее германцев и англосаксонской расы. Но их в сущности относительно очень немного. Пожалуй, им было не договорено, что они будут «как песок морской» на берегу какого-то вроде «Азовского моря», тускленького и маленького, и «как звезды на небе» до телескопа, весьма и весьма исчислимые. Господь печется о других народах и любит их: и размножил их больше евреев. Вот — факт, около которого евреям не мешает погрустить. «Царица» может сказать «служанке»: у меня — 12, а у тебя — 7. Примечание В. Р-ва.
