Логично объяснить откуда он знал о том, что Ящер и доктор Коннорс одно и то же лицо не получалось. Даже упоминание метода дедукции из Холмса и того факта, что парень случайно видел бейджик с данными Коннорса на разорванном халате рептилии не вызывали большого доверия. По мнению Гвен простой парень, пусть и хороший спортсмен, просто не мог так быстро сориентироваться и сложить всё воедино. Точнее, сориентироваться то он мог, но вот сообразить — уже нет.
Юджина, конечно, покорёжило от того, что его считали тупым качком, но лезть в дебри спора с одной упёртой блондинкой не было никакого желания. Хотела она так однобоко видеть мир и людей вокруг? Её право. В конце концов Америка была свободной страной, несмотря на слова одной знаменитой песенки.¹
Некоторые острые вопросы удалось обойти, но вот когда он представил им для помощи в изготовлении сыворотки образцы крови Курта Коннорса в образе Ящера, то одна упёртая лаборантка вышеупомянутого учёного на него вновь посмотрела с таким подозрением, что если бы не вмешательство Паркера, то его бы подвергли повторному допросу. Возможно, что с пристрастием и были бы задействованы пытки. Уж очень угрожающий вид был у Гвен.
Образец крови, к слову, оказался у него на рубашке. После короткого боестолкновения Юджин обнаружил пятна крови у себя на рукаве и решил предъявить этот козырь уже позже, когда придёт время. Появление этого подспорья, словно 'Deus ex machina’², вызвало эффект взорвавшейся бомбы. А объяснение парня о том, что кровь оказалась на рукаве совершенно случайно во время боя Человека-паука и Ящера доверия не вызывала.
Впрочем, Юджин уже не старался особо сильно всё объяснять. Увидел, поискал, что известно, сопоставил, получил результат. Примерно так можно было кратко описать его историю.
— Что, уже всё? — спросил он двух умников, которые с довольными лицами сидели перед огромным экраном компьютера с какой-то странной, зубодробительной дробью из смеси высшей математики и химических формул.
Они сидели в лаборатории, куда их запустил один из личных помощников Виктории фон Дум ещё ночью, и пили вполне приличный кофе из автомата. Было хорошо заметно по обстановке и местоположению этого места, что о работниках здесь думают и заботятся. Этот же помощник сообщим им, после того как впустил, что сама супергероиня прибудет позже.
— Нет, теперь нам нужно провести пробные тесты, — покачал головой Питер.
— Тест? На ком? — удивился Юджин.
— Что значит, на ком? На тебе! — тут же отозвалась Гвен.
— Вот ты вроде умная девушка, но юмор явно не твоё, Гвендолин, — покачал головой парень в ответ.
— Чт… — только начала закипать блондинка, как её прервали.
— Юджин, наконец-то я вижу тебя лично, а не только твоего адвоката, — в лабораторию без стука вошла правительница Латверии. — Мистер Мёрдок безусловно очаровательный рыжик, но Олимпийцы мне ближе, чем Туат Де Дананн.³
На лице супергероини была обворожительная и добродушная улыбка, но Юджин прищурил свои зелёные глаза. Мстительница не была похожа на женщину, которая любила болтать попусту и это упоминание Олимпийцев наводило его на определённые размышления. Особенно учитывая в каком контексте ею были обыграны ирландские корни Мэтта.
— Олимпийцы? — шокировано переспросила Гвен, не привычная к подобному поведению супергероини.
— Мисс Стейси, правильно? — тут же включила всё своё обаяние на полную катушку Виктория фон Дум. Блондинка не совсем уверенно кивнула, не зная, что ожидать и удивлённая тем фактом, что её знает в лицо персона такого масштаба. — Здравствуйте, — одетая в дорогой даже на вид деловой брючный костюм протянула она правую руку, держа в левой женский дипломат. — Приятно познакомиться с такой многообещающей студенткой, — дамы пожали друг другу руки в приветствии. — Что же касается моего упоминания Олимпийцев в адрес Юджина, то я считаю, что он прямо живое воплощение Аполлона. Вам так не кажется?
Он стоял и смотрел на это всё с каким-то странным ощущением, которое было сложно описать. С одной стороны, это был очень ловкий и коварных ход от супергероини и его забавляло то неловкое положение, в котором оказалась девушка. Да, она ему не очень нравилась и это, очевидно, было взаимно. Ему уже стало надоедать вечно ловить её язвительные комментарии, произнесённые только с одной целью — причинить боль, уязвить. Юджин иногда огрызался, ставил Гвен на место, хотя чаще всего просто игнорировал, так как был старше ментально. Но, тем не менее, тот дискомфорт, который был заметен на лице девушки с эльфийскими чертами, приносил парню немного садистское удовольствие.
