К тому же, у него тут была своя, меркантильная выгода. Двойные стандарты, но какой вред от того, что у него будет запас такой вот крови? И кому? Никакого и никому. Та же кровь Ящера, всё ещё хранилась у него в виде пары пробирок в специальном сейфе в кладовке. На всякий случай.
Мэри Джейн очень аккуратно заглянула в чуть приоткрытую дверь, ведущую в гостевую спальню, стараясь даже дышать через раз. Это было глупостью и если бы её застукали на месте преступления, то позора она потом не оберётся, но ничего поделать с собой девушка просто не могла.
Она просто вышла ночью на кухню попить холодной воды, когда случайно услышала, как отсюда доносятся голоса. Конечно, как благовоспитанная девушка, Мэри Джейн гордо прошла мимо, но, когда до её слуха донеслось собственное имя, любопытство взяло вверх над совестью и воспитанием.
Рыжая красавица на цыпочках подкралась к двери и застала такую картину, как совершенно голые Питер и Фелиция. Харди была сверху и плавно покачивалась, периодически совершая тазом круговые движения. Сомнений, чем эта парочка занималась, не было никакого. Но удивительнее всего было то, что эти двое были не столько увлечены коитусом, сколько своим разговором. Казалось, что секс был всего лишь сопутствующим процессом. Просто для фона. Как включённый телевизор для тёти Анны, во время готовки или уборки.
Это открытие было настолько поразительным, что Мэри Джейн едва не вскрикнула от удивления. Но вовремя прижатые ладони ко рту помогли сдержать порыв. Для неё самой секс или занятия любовью были чем-то особенным. Чем-то, чему она отдавалась целиком и полностью, а не просто для того, чтобы что-то делать во время разговора. Лучше уж просто полежать и пообниматься тогда. А вот такое было очень странно, даже чуждо для девушки. И да, она, как и все мужчины, могла разделять секс и занятия любовью, совершенно чётко расставляя границы. Питер и Бредли хорошо помогли усвоить разницу в этом.
— … с этой Уотсон. И не только с ней. Флэш тоже до сих пор твой друг. Не пойму я это вашей мужской дружбы, — недовольным тоном продолжила Фелиция с придыханием. — Он же многие годы издевался над тобой, а ты его просто взял и простил, да ещё и лучшим другом называешь.
— Котёнок, — на избитом лице Питера появилась на удивление знакомая улыбка. Именно таким образом часто улыбался им всем в их школьной клике Флэш, когда они чего-то не понимали, что было тому ясно, как божий день. — Парни всегда так. Подерёмся, а после этого уже лучшие друзья.
— Вы не дрались, — чуть резче качнулась Харди, впиваясь её бывшему в грудь ногтями.
— Дрались, но уже после. На занятиях, — хмыкнул этот предательский изменщик.
— Тигр-р-р, — использовала эта развратная сучка её прозвище, данное этому болвану, когда-то давно. Казалось, что в прошлой жизни, хотя прошло всего два года с этого момента. — Не беси меня…
— Всё-всё, — счастливо рассмеялся Питер и приподнял руки, чтобы поиграть с грудью своей любовницы, вызвав у той довольное мурлыкание.
Не такой уж и большой груди, если честно. У неё была больше. И красивее! Однозначно!
— И всё же, когда мне было хуже всего, когда я был на самом дне, именно Флэш был тем, кто пришёл ко мне на помощь. Понимаешь? — голос Питера стал серьёзным. — Он был единственным их всех, кто поговорил со мной и заставил его услышать. А в тот момент я мог запросто его изувечить. Я тогда уже получил свои силы и причинить ему боль в ответ было проще простого. Тем более за все эти годы издевательств в школе.
— Это было, когда умер твой дядя Бен? — заботливо спросила Фелиция, успокоившись и вернувшись в свой медленный ритм движений.
Паркер практически ничего не предпринимал, кроме некоторой манипуляции руками на теле партнёрши. В остальном же просто наслаждался тем, как его удовлетворяли. Засранец ленивый. И в прошлом он не раз поступал так и с ней.
— Да, — ответил парень. — Я тогда был совершенно один. Даже Эм Джей не решилась подойти ко мне и помочь, хотя ей бы я ничего не сделал, в каком бы состоянии не был на тот момент. Она просто, как и все, стояла там и смотрела. Стояла в первых рядах. Пару раз даже вроде как порывалась подойти, но так и не решилась. То Лиз её останавливала, и она её слушала, то сама не решалась.
— Милый, — Харди наклонилась и подарила ему нежный поцелуй. — Если тяжело, то не говори.
— Не, всё норм, — счастливо выдохнул Питер и продолжил. — Тогда все стояли и просто смотрели на меня. Как на какого-то фрика или прокажённого. Стояли и шептались. Я их слышал. Всех. Это было тяжело. Я был на взводе. И тут появился Флэш. Я заметил его краем глаза. Он прошёл сквозь толпу, целенаправленно ко мне. Понимаешь? Ему было плевать на остальных и их попытки его остановить. Он шёл сквозь них, и прости меня за такое сравнение, словно Моисей сквозь Красное море.
— Только ты мог использовать такую аллегорию, — она почти видела, как, фыркнув, закатываются глаза Харди.
Зелёные, кстати, глаза, а не голубые, как ей тогда показалось, когда она застала их целующимися в тот роковой день.
