Видя, что ситуация разрядилась, Шэнь Цяньхун вздохнула с облегчением. Сила ста с лишним Энхансеров, в случае их объединения была бы внушительной, особенно если среди них есть эксперты выше 30-го уровня. Ведь если такие мастера начнут буянить, то мало никому не покажется, и вполне возможно в городе бы начались беспорядки.
— Спасибо, Цяньхун! — поднявшись с земли, поблагодарил Дань Юй.
— Дань Юй! — нахмурив брови, ответила девушка, — Еще раз такое случится, и можешь ко мне не приближаться!
Дань Юй сызмальства был изнеженным, своевольным и надменным. Теперь же, когда его отец стал высокопоставленным полицейским, его поведение стало еще хуже.
— Да, конечно! — ответил молодой человек, опустив голову. Он был из тех, кто обижал слабых и боялся сильных, и вот сейчас девушка, чей отец был более высокопоставленным чиновником, чем отец Дань Юя, отчитала его.
Как раз в это самое время возле торговца в черном халате появился Юэ Чжун:
— У меня есть Ожерелье Шторма 3 уровня. Меняю на твое лазурное кольцо с нефритом.
— По рукам! — внимательно осмотрев ожерелье, молодой продавец передал Юэ Чжуну кольцо.
— Опять ты! — яростно воскликнул Дань Юй, только увидев Юэ Чжуна.
Однако тот, даже не взглянув в его сторону, надел кольцо и спокойно направился дальше, с интересом изучая ассортимент предметов, как будто Дань Юя и не существовало вовсе.
— Заткнись, Дань Юй! — нахмурилась Шэнь Цяньхун.
Выслушав злую отповедь девушки, лицо молодого человека исказилось. Его отругали, словно собаку, поэтому неудивительно, что в его сердце появились злость и ненависть.
Цяньхун же заинтересованно посмотрела в ту сторону, куда ушел Юэ Чжун. Внешность у нее была отменной, характер — незаурядным, одним словом — прекрасная жена, поэтому ее, что до, что после апокалипсиса преследовали многие мужчины с различными целями и она, пользуясь этим, научилась ими манипулировать. Поэтому стремясь к цели, она могла действовать так, как нужно ей, полностью игнорируя своих ухажеров.
Юэ Чжун же, прогулявшись по рынку, кроме лазурного кольца, так и не нашел ничего соответствующего его уровню или нового, а продавать что-либо не входило в его планы. Потратив на это два часа, он уже собирался домой, как наткнулся на весьма интересный ресторанчик, оформленный в огненно-красных цветах.
— Две чашки пельменей!
— Миску лапши!
Шумели посетители, занявшие практически все места. Официантка в ресторане довольно проворно сновала среди толпы посетителей, разнося заказы. Тем не менее, Юэ Чжуну пришлось подождать, пока перед ним не оказалась чаша с пельменями из мяса. Сначала он выпил бульон, отваренный из костей, даже аромат которого, казалось, восполнял силы, после чего принялся за сытные пельмени, оказавшиеся настолько же вкусными.
«Они из мяса мутировавших животных, неудивительно, что так вкусно!» — попробовав одну штучку — вкус был действительно восхитительным — он с удовольствием принялся есть дальше.
Только Юэ Чжун съел шестой пельмень, как в ресторанчик зашли десять рослых мужчин, вооруженных тесаками и дубинками, которые тут же закричали:
— Убирайтесь! Пошли прочь! Банда Цин-Чжу пришла решать дела! Сваливайте по-хорошему!
От одного только вида этих верзил посетители изменились в лице и стали быстро разбегаться.
Цин-Чжу (Цветущий бамбук) была одной из восьми крупнейших группировок города Гуйнина; поговаривали, что она имела покровителя среди высокопоставленных чиновников, благодаря которому могла практически безнаказанно действовать в довольно жестокой манере, поэтому обычные люди старались обходить ее стороной.
После их появления из-за прилавка выбежала довольно тучная женщина средних лет и с приятной улыбкой обратилась к огромному, бритоголовому и с татуировкой скорпиона на лице бандиту:
— Большой брат, наша маленькая лавка уже платила за то, что вы нас защищаете!
— Мы сегодня не за платой пришли! — вспыльчиво оборвал бугай женщину, — Проваливай! Не мешай дела делать!
От его криков пухлая женщина вместе с официанткой вжали голову, словно черепахи, и тут же убежали на кухню.
Мужчина, получивший ранее приказ от Дань Юя, бросив взгляд на Юэ Чжуна, неторопливо поедавшего пельмени за столиком, обратился к верзиле с татуировкой, указывая на него:
— Скорпион, это он!
Скорпион, посмотрев на Юэ Чжуна, приказал тоном, не допускающим возражений:
— Значит, это тот выродок! Вперед! Сломайте ему руку, чтобы знал, как играть с судьбой, задевая важных людей!
Весь десяток вооруженных громил тут же направился в сторону Юэ Чжуна.
— Только из-за слов сломать мне руку? Действительно упивается властью! — наблюдая за подходившими бандитами, в глазах Юэ Чжуна промелькнул беспощадный блеск.
Только к нему приблизился один из бандитов, как он резко, словно молния, схватил его за руку и, скрутив ее своей силой, в шесть раз превышавшей обычную человеческую, с хрустом сломал ее.
— А-а-а! — бугай издал надрывный, полный боли из-за сломанной руки, крик.
Юэ Чжун тут же пнул его ногой и тот, отлетев назад, разрушил с десяток столов и стульев, после чего просто замер на полу с выступившей изо рта кровью — жив ли, мертв, было непонятно.
