– На самом деле – все хотят, конечно, – возразил Максим. – Просто не все понимают, что ты никогда никому принадлежать не будешь. И чем крепче тебя держишь, тем быстрее ты убежишь.
После этих слов Максим будто опомнился, глянул на открывшуюся дверь кафе, кому-то махнул.
– Извини, мне пора возвращаться. Ты, как я понимаю, домой?
Юлий глянул на часы. Если он сейчас вернется домой, Дима будет очень доволен.
– Кажется, ничего интереснее не предлагают, – равнодушно пожал плечами Юлий. – Стихов я уже наслушался.
– Ну я мог бы предложить тебе погулять по ночному Питеру или посидеть в каком-нибудь баре, поболтать за ужином и выпивкой. Можно отбросить все это – поехать ко мне сразу, – перечислил Максим как ни в чем не бывало. – Но я не любитель предлагать, когда есть риск, что мне откажут.
– Чтобы не испортить себе статистику? – фыркнул Юлий.
– Чтобы испортить ее тебе, – вернул Максим. – Я не буду тем, кто в тебя влюбится.
– Ты ошибаешься, – покачал головой Юлий, – влюбленные не ходят за мной караваном, видимо, тоже не хотят портить статистику.
Он докурил, затушил сигарету и внимательно оглядел Максима.
– Мне по душе те, кто не боятся рискнуть, подчас даже всем, что у них есть, – объявил он весело, – в такое хочется влюбиться!
– Поэтому я и спросил тебя сразу, – Максим достал из кармана небольшой прямоугольный кусок картона и протянул Юлию. – Позвони, если захочешь рискнуть всем.
Сказав это, он все-таки ушел, оставляя Юлия на ступеньках одного. За ним уже захлопнулась дверь, а Юлий продолжал глядеть на номер мобильного, что был размещен на визитке вместе с электронной почтой и именем.
– Как ты понял, что тебя привлекают парни?
Юлий валялся на кровати с книгой, но его мысли были далеки от поворотов сюжета. Закладкой служила странная визитка Максима, по которой нельзя было понять, рабочая она или для таких случаев, как с Юлием. Никакой должности или названия компании там не было. По-хорошему, ее надо было выбросить в тот же день, но Юлий сохранил. Зная себя, он не исключал, что однажды все-таки соберется набрать этот номер просто из любопытства.
– У тебя ведь были другие партнеры передо мной. Как это случилось?
Он отложил книгу и уставился на Диму, который впервые за долгое время что-то чиркал в блокноте. Этот выходной они проводили дома, вымотавшись за рабочую неделю.
– Да немного их было-то, – Дима наморщил лоб, видимо, стараясь припомнить. – Ну, был один в художке, – без особого энтузиазма сообщил он. – До того, как меня выперли. Он мне рисунки свои обнаженные подсовывал и все хотел меня тоже «ню» нарисовать.
– Ого! – Юлий аж подскочил на месте. – И что – нарисовал?
Представить Диму, позирующим перед художником голым, у Юлия не получалось, однако он тут же почувствовал, как внутри кольнуло ревностью.
– Нарисовал, – ухмыльнулся Дима, – но рисунок себе оставил. На память.
– А первый раз? – решил допытаться Юлий, хотя тема оказалась не самая безобидная.
Стало интересно, был ли у Димы выбор, тусовался ли он с «себе подобными» как Максим, например. Представить это было трудно, как и любое прошлое Димы до общаги.
– Первый раз в старшей школе еще, – Дима перевернул лист. – Там вообще странно было. Он про меня сразу все понял, доставал, нарывался, а мне и руку не поднять на него было, потому что сынок директорский. Поэтому вместо того, чтобы драться, мы трахались.
Он повернул к Юлию блокнот, демонстрируя наскоро сделанный набросок: длинное лицо, уродливый подбородок, большой рот. И очень красивые глаза. Даже по неточному рисунку это было видно.
– Его Вася звали, я по нему потом еще три года сох. Он меня вроде как в армию провожал, обещал, что дождется, но, конечно, хрен там, – увлекся рассказом Дима. – У них там какая-то своя туса образовалась – все геи, он в восторге был. Вместе по клубам таскались, не боялись, что побьют. Нашел там себе другого мордоворота.
– А ты в армии типа никого не нашел? – нарочито небрежно поинтересовался Юлий. – Два года же.
От Диминых рассказов его бросало в жар и холод, будто история Васи должна была обязательно повториться и с ним тоже. От этого Юлий начинал иррационально злиться – он не был каким-то там парнем из прошлого и не собирался пополнять ничью статистику.
– Ну, тем временем я не горжусь, – мотнул головой Дима. – Я был придурком, который другим жизни не давал. Вспоминать тошно, – он захлопнул блокнот и отложил его в сторону.
Было ясно, что распространяться Диме на эту тему не хочется, что, конечно, давало волю фантазии. В голове Юлия тут же возникли калейдоскоп из картинок разной степени пошлости.
– Чего ты вдруг решил это обсудить? – Дима почесал бритый затылок и в свою очередь поинтересовался с затаенной угрозой в голосе: – У тебя ведь никого до меня не было?
– А ты меня потому выбрал, что ли? – тут же ощетинился Юлий.
Встреча с гей-тусовкой в нем породила еще и такого рода комплексы. Все там явно сменили не одного партнера, и тем самым будто имели больше прав рассуждать об отношениях и прочем, чем Юлий.
