Юлий Цезарь полностью

Индутиомар каждый день с возрастающим презрением подъезжал к нашему лагерю. Но Лабиэн в одну из ночей ввел в лагерь конницу, набранную им у всех соседних племен, и всячески усилил караул, не давая никому выходить из лагеря, так что треверы никоим образом не могли получить об этом каких-либо сведений. Между тем Индутиомар, по обыкновению, приблизился к лагерю и провел здесь значительную часть дня; его всадники стреляли и с громкой бранью вызывали наших на бой. Но, не получив от наших никакого ответа, они под вечер, когда им вздумалось, ушли и рассеялись без всякого порядка. Вдруг Лабиэн выпускает на них из двух ворот всю конницу с строжайшим приказом – как только враги будут опрокинуты и обращены в бегство (он предполагал, что так случится, и это предположение оправдалось на деле), всем броситься на одного Индутиомара и, прежде чем не увидят его убитым, никому не целиться в кого-либо другого. Лабиэн, разумеется, не хотел, чтобы Индутиомар улучил время для бегства, пока наши солдаты будут заняты его людьми. За его голову он назначил большую награду. На помощь всадникам все время высылались когорты. Распоряжение это увенчалось успехом: так как все устремились на одного Индутиомара, то он был застигнут как раз во время переправы вброд через реку и убит; его голова была принесена в наш лагерь. Кроме него, всадники на обратном пути нагнали и перебили всех, кого могли. При известии об этом все собравшиеся силы эбуронов и нервиев разошлись, и с этого времени для Цезаря наступило некоторое успокоение Галлии».

Так завершился пятый год римского присутствия в Галлии.

Был он страшен и кровав.

Многих своих героев недосчитались римляне.

Кроме того, 54 г. до н. э. преподнес очень тяжелый и мучительный урок: имея дело с галлами, нельзя расслабляться ни на миг. Римляне допустили трагическую ошибку, расслабившись и уменьшив контроль. В итоге вся Галлия оказалась охвачена огнем мятежа, для усмирения которого еле-еле хватило сил. За один этот чудовищный год римляне понесли урон больший, нежели за все четыре предыдущих года. Это очень тягостное переживание, ощущать себя триумфатором и вдруг оказаться в лагере, осажденном со всех сторон свирепыми врагами, которых, казалось, и в природе-то самой более не усматривается…

Легионеры да и сам их несравненный предводитель обрели страшный опыт. От того, в какой мере они усвоили его, зависела их общая судьба на бескрайних просторах Галлии…

После того, что произошло в 54 г. до н. э., Цезарь едва ли был склонен доверять затишью. Он был убежден, что это явление временное; очень скоро наверняка последуют новые выступления мятежных галлов. Учитывая, какую убыль понесли римляне, было просто необходимо заняться новым набором.

Эта задача была возложена Цезарем на плечи легатов Селана, Антисия Регина и Секстия. Помимо этого, Цезарь ходатайствовал перед тогдашним проконсулом и своим приятелем Гнеем Помпеем о направлении в Галлию свободных солдат, ранее ему присягнувших. Цезарь одновременно преследовал сразу же две цели: 1) хотел продемонстрировать, как быстро он способен восполнить убыль в живой силе; 2) стремился убедить галлов в неограниченности ресурсов Рима. В итоге Цезарю было прислано вдвое больше легионеров, чем он утратил за время военных действий в минувшем году.

Излишне упоминать, что Цезарь добился желаемого эффекта.

Впрочем, торжество было недолгим.

Со всех сторон поступали тревожные известия.