Юлий Цезарь.
Октавий Цезарь, Марк Антоний, Марк Эмилий Лепид — триумвиры после смерти Цезаря.
Цицерон, Публий, Попилий Лена — сенаторы.
Марк Брут, Кассий, Каска, Требоний, Лигарий, Деций Брут, Метелл Цимбр — заговорщики против Юлия Цезаря.
Флавий, Марулл — трибуны.
Артемидор Книдский, учитель риторики.
Прорицатель.
Цинна, поэт.
Другой поэт.
Луцилий, Титиний, Мессала, Юный Катон, Волумний — друзья Брута и Кассия.
Варрон, Клит, Клавдий, Стратон, Луций, Дарданий — слуги Брута.
Пиндар, слуга Кассия.
Кальпурния, жена Цезаря.
Порция, жена Брута.
Сенаторы, граждане, стража, служители и пр.
Флавий
Прочь! Расходитесь по домам, лентяи.
Иль нынче праздник? Иль вам неизвестно,
Что, как ремесленникам, вам нельзя
В дни будничные выходить без знаков
Своих ремесл? — Скажи, ты кто такой?
Первый гражданин
Я, сударь, плотник.
Марулл
Где ж комканый передник и отвес?
Зачем одет ты в праздничное платье? —
Ты, сударь, кто такой?
Второй гражданин
По правде говоря, сударь, перед хорошим ремесленником я, с вашего позволения, только починщик.
Марулл
Какое ремесло? Ответь мне толком.
Второй гражданин
Ремесло, сударь, такое, что я надеюсь заниматься им с чистой совестью; ведь я, сударь, залатываю чужие грехи.
Марулл
Какое ремесло? Эй ты, бездельник.
Второй гражданин
Прошу вас, сударь, не расходитесь: ежели у вас что-нибудь разойдется, я вам залатаю.
Марулл
Что мелешь ты? Меня латать ты хочешь, грубиян!
Второй гражданин
Да, сударь, залатаю вам подошвы.
Флавий
Так, значит, ты сапожник?
Второй гражданин
Воистину, сударь, я живу только шилом: я вмешиваюсь в чужие дела — и мужские, и женские — только шилом. Я, сударь, настоящий лекарь старой обуви; когда она в смертельной опасности, я ее излечиваю. Все настоящие люди, когда-либо ступавшие на воловьей коже, ходят только благодаря моему ремеслу.
Флавий
Что ж не работаешь сегодня дома?
Зачем людей по улицам ты водишь?
Второй гражданин
Затем, сударь, чтобы они поизносили свою обувь, а я получил бы побольше работы. В самом деле, сударь, мы устроили сегодня праздник, чтобы посмотреть на Цезаря и порадоваться его триумфу!
Марулл
Порадоваться? А каким победам?
Каких заложников привел он в Рим,
Чтоб свой триумф их шествием украсить?
Вы камни, вы бесчувственней, чем камни!
О римляне, жестокие сердца.
Забыли вы Помпея? Сколько раз
Взбирались вы на стены и бойницы,
На башни, окна, дымовые трубы
С детьми в руках и терпеливо ждали
По целым дням, чтоб видеть, как проедет
По римским улицам Помпей великий.
Вдали его завидев колесницу,
Не вы ли поднимали вопль такой,
Что содрогался даже Тибр, услышав,
Как эхо повторяло ваши крики
В его пещерных берегах?
И вот вы платье лучшее надели?
И вот себе устроили вы праздник?
И вот готовитесь устлать цветами
Путь триумфатора в крови Помпея?
Уйдите!
В своих домах падите на колени,
Моля богов предотвратить чуму,
Что, словно меч, разит неблагодарных!
Флавий
Ступайте, граждане, и соберите
Всех неимущих и для искупленья
Ведите к Тибру их, и лейте слезы,
Пока теченье низкое, поднявшись,
Не поцелует берегов высоких.
Смотри, смягчились даже грубияны;
Они ушли в молчанье виноватом. —
Иди дорогой этой в Капитолий;
Я здесь пойду; и если где увидишь,
Снимай все украшения со статуй.
Марулл
Но можно ль делать это?
У нас сегодня праздник Луперкалий.3
Флавий
Что ж из того! Пусть Цезаря трофеи
На статуях не виснут. Я ж пойду,
Чтоб с улиц разгонять простой народ;
И ты так делай, увидав скопленье.
Из крыльев Цезаря пощиплем перья,
Чтоб не взлетел он выше всех других;
А иначе он воспарит высоко
И в страхе рабском будет нас держать.
Цезарь
Кальпурния!
Каска
Молчанье! Цезарь говорит.
Цезарь
Кальпурния!
Кальпурния
Мой господин!
Цезарь
Когда начнет Антоний бег священный,
Встань прямо на пути его. — Антоний!
Антоний
Великий Цезарь?
Цезарь
Не позабудь коснуться в быстром беге
Кальпурнии; ведь старцы говорят,
Что от священного прикосновенья
Бесплодие проходит.
Антоний
Не забуду.
