Сторонники возвращения Цицерона стали устанавливать отношения с триумвирами, начав с Помпея. В первой половине сентября 58 г. Аттик пишет Цицерону, что М. Теренций Варрон сообщил ему о готовности знаменитого полководца помочь в деле возвращения в случае согласия на это Цезаря (Cic. Att., III, 18). Письма Цицерона, датированные октябрем-ноябрем 58 г. показывают сильный спад, депрессию и жалобы на всеобщее предательство, однако в конце ноября (29-го), восемь народных трибунов будущего, 57 г. обнародовали законопроект о возвращении оратора из ссылки (Cic. Att., III, 23) и были активно поддержаны Помпеем, который теперь принимал активное участие в борьбе за судьбу Цицерона.
Оставалось добиться поддержки еще нескольких влиятельных лиц. Цицерон очень опасался второго консула, Метелла Непота, с которым он враждовал еще с 62 г. (Cic. Att., III, 12; Dio, 39, 6). Впрочем, будучи членом клана Метеллов и лицом, близким к Помпею, Непот дал свое согласие. Уже 10 декабря 67 г. Цицерон с радостью пишет, что Метелл прекратил с ним вражду (Cic. Att., III, 24), а 1 января 57 г. выступил в сенате, заявив, что не возражает против возвращения (Cic. pro Sest, 72; 87; post, red., 5, 9; de domo, 7, 9), за что уже в середине января удостоился благодарности Цицерона (Cic. Fam., V, 4). Вероятно, очень быстро удалось получить согласие Цезаря: единственное упоминание о переговорах с ним — это известие о поездке Сестия в Галлию (Cic. Sest., 33, 71–7). Влияние на Красса было оказано через Публия (Plut. Crass, 13). В армии Цезаря было немало людей, готовых присоединиться к этим ходатайствам.
В середине января 57 г. Лентул Спинтер и, возможно, лидер популяров, консул 65 и цензор 64 г. Л. Аврелий Котта официально сделали предложение о возвращении (Cic. Att., III, 26; post, red., 27–28; 12, 30 Sest., 34, 73–75). Клодий пытался препятствовать принятию решения в народном собрании. Ему решительно противодействовали Милон, Сестий, Фабриций и Фадий, на форуме начались вооруженные стычки, во время одной из них был ранен Сестий, а во время другой чуть не погиб Квинт Цицерон (Cic. Sest., 35, 76–36, 79; Dio, 39,9). Только организовав отряды гладиаторов, Милон и Сестий смогли дать отпор бандам Клодия.
Впрочем, подготовка решений сената и народного собрания заняли немало усилий, причем, особую роль в этом сыграл Помпеи. Лишь в июле 57 года Лентул сумел провести рассмотрение вопроса о возвращении в сенате. Голосование было единогласным, 417 сенаторов высказались «за», «против» был только Публий Клодий. 4 августа 57 г. народное собрание приняло решение о возвращении Цицерона (Cic. Sest., 50, 107; 58, 123; Att., IV, 1, 4), а спустя месяц знаменитый оратор с триумфом возвратился в столицу после 15-месячного изгнания. Цицерон произнес две небольшие речи, 5 сентября он выступил в сенате, а спустя два дня произнес речь перед народом.
«Дело Цицерона» стало центральным событием политической жизни Рима 58–57 гг. К 57 г. влияние Клодия в комициях стало падать. Напротив, оптиматы успешно начали борьбу за народное собрание, стал намечаться альянс оптиматов и Помпея, а вернувшийся Цицерон оказался важным связующим звеном.
Действие этого альянса сказалось уже в конце 57 г. В Риме обострился продовольственный кризис, вне всякого сомнения вызванный хлебным законом Клодия, начались голодные бунты (Cic. de domo, 6; 11). По инициативе Цицерона, сенат обратился к Помпею с предложением новых чрезвычайных полномочий (Cic. Att., IV, 1, 6–7; Plut. Pomp., 49–50). По закону, предложенному консулами, Лентулом Спинтером и Метеллом Непотом, Помпеи получил на 5 лет «всю власть над продовольственными делами» (omnis potestas rei frumentarii toto orbe terrarum-Cic. Att., IV, 1, 7). Трибун Гай Мессий предложил дать ему империй в поставляющих хлеб провинциях (maius imperium in provinciis quam sit eorum, qui eas obtinebant). Помпеи получил в свое подчинение 15 легатов-консуляров (Ibid.; App. В. С, II, 18) и энергичными действиями достаточно быстро исправил положение (Plut. Pomp., 50).
Цицерон и его сторонники продолжали борьбу с Клодием. 29 сентября 57 г. Цицерон поставил в коллегии понтификов вопрос о незаконности трибуната Клодия и восстановлении своего разрушенного дома. Процесс имел значение как для имущественного состояния оратора, так и для общего морально-политического состояния дел в Риме. На месте дома оратора Клодий поставил собственный дом, галерею и статую Свободы, теперь он пытался мешать ему насильственным путем. Цицерона защищали отряды Милона. Коллегия понтификов признала действия Клодия незаконными и 2 октября 57 г. решением сената Цицерон получил свой участок и компенсацию в 2 млн. сестерциев на восстановление дома. Еще 750 000 он получил для восстановления усадеб в Тускуле и Формиях, также разрушенных мятежным трибуном.
