Понтийское царство и Вифиния стали провинцией Вифиния-Понт. В 63 г. Помпеи прибыл в Сирию, сверг царя Антиоха Азиатика и превратил бывшее царство Селевкидов в римскую провинцию. Римляне вмешались во внутреннюю борьбу в Иудее, где соперничали Гиркан и Аристобул. Гиркана поддерживали садуккеи, партия крупного жречества и знати, отрицавшая ряд ортодоксальных положений иудаизма и стремившаяся к эллинизации. Аристобул опирался на фарисеев, более ортодоксальную партию среднего класса и образованных священников. Помпеи поддержал Гиркана. Аристобул сдался, римляне вошли в Иерусалим, а часть противников Гиркана заняли иерусалимский храм. Оборона длилась три месяца, храм был взят и разграблен. Иудея с правами автономии была подчинена римскому наместнику Сирии.
Восточный поход Помпея изменил карту римских владений на востоке. Были завоеваны Понт, Вифиния, Сирия и Иудея. Восточные малоазийские царства, Каппадокия, Коммагена, Галатия, Малая Армения, стали римскими вассалами. Владения Рима вышли к Месопотамии, где назревало столкновение с последним противником Рима, Парфией. Восточный поход дал огромные доходы, казна выросла с 200 до 280 млн. сестерциев, а доходы — на 70%{156}.[37] Появилась перспектива выхода Рима из кризиса. Это был пик славы и могущества Помпея.
Усиление Помпея создает сложную ситуацию. Многие из крупных политиков боялись, что он станет новым диктатором. Против Помпея или, во всяком случае, с большей или меньшей настороженностью по отношению к нему были настроены оптиматы во главе с Катулом и Гортензием. Многие из их лидеров имели и личные мотив, прежде всего, это были Лукулл и Метелл Критский. Популяры в целом поддержали Помпея, хотя известную осторожность проявляли и они. Другой антипомпеянской силой был Красс, и именно он находился в центре всех интриг против знаменитого полководца. В 60-е гг. Цезарь сближается с Крассом и многие его действия, видимо, следует понимать в свете нового альянса.
На это время приходится выдвижения маргинальной части сулланцев. С 70 г. начинается ухудшение их положения, а в середине 60-х гг. они делают попытки прорваться к власти. Их лидером становится Луций Сергий Катилина, образ которого дошел до нас в изображении Цицерона и Саллюстия. Оба рисуют его черными красками, изображая портрет злодея, убийцы, человека с извращенной психикой и ненасытным честолюбием, ставшего главой преступного мира Рима{157}. Противники Каталины не отрицают и его духовную и физическую силу, энергию, руководящие качества, стойкость и предприимчивость. Многие исследователи пытались опровергнуть портрет, нарисованный современниками или объявить его фальсификацией{158},[38] однако факты, известные о Каталине, говорят скорее, что портрет утрирован, но не искажен.
Вокруг Каталины собирается весьма разрозненная, но сплоченная группировка, принадлежащая к маргинализированным частям сулланцев и связанным с ними силам. Согласно Саллюстию, к 64 г. эта группа в основном сформировалась (Sail. Cat, 17). Центральное место занимали Л. Корнелий Лентул
Катилина привлек к себе многих сулланских ветеранов, которые успели обеднеть и потерять участки, видимо, в 70 г. и последующее время. К нему примкнули много представителей городской и сельской бедноты. Все эти силы надеялись поставить Катилину во главе государства, уничтожить политических противников и провести кассацию долгов. Этим их программа, вероятно, и исчерпывалась.
