АНДРЕЙ ДОРОФЕЕВИЧ БУРАК (родился в 1938 году) после окончания Кишиневского медицинского института работал врачом-хирургом. В 1977 году закончил Высшие литературные курсы при Литературном институте им. М. Горького. Член Союза писателей СССР А. Бурак автор нескольких поэтических сборников, ряда пьес.
Фильм по литературному сценарию Андрея Бурака «Юлия» на киностудии «Молдова-фильм» снимает режиссер Василе Брескану.
На высоком холме, в многоцветных осенних кустарниках и пожелтевшей траве, промелькнула лиса, а за ней и охотник — Юлия. У старого корявого ореха лиса остановилась. Остановилась и Юлия. В это время из-за другого куста вынырнул Миту, мальчик лет шести. Ои напряженно смотрит то на лису, то на Юлию. А когда Юлия вскинула ружье и решительно прицелилась в жертву, Миту закрыл крепко глаза и ручонками прикрыл уши. Но выстрела не последовало — лиса мгновенно исчезла. Миту, все еще закрывая уши, стремительно побежал прочь.
Лиса появилась снова, словно заманивая охотника, и тут же юркнула в высокую траву.
Начиная новый круг погони, Юлия что-то говорит, но ее голоса мы не слышим. Эта охота больше похожа на сны, которые так часто снятся охотникам.
Накрапывал дождь. На высоком холме, у подножья которого виден пруд, на самой его вершине красуется большой новый дом с верандой и недостроенной башней. Около веранды — верстак, а правее, рядом с лестницей, ведущей на башню, — щит с плотницкими инструментами. В глубине двора видны нарядные качели. Перед верандой, под навесом, на веревке, — большой молдавский ковер.
Всюду разбросаны детские игрушки.
Через раскрытые двери мы видим в комнате Миту! Он очень увлечен игрой. В приоткрытое окно па него украдкой поглядывает Юлия. Мальчик какое-то время с восторгом смотрит на игрушки, затем берет маленькую лошадку. Юлия тихо, одними губами зовет его: — Миту…
Мальчик не откликается. Он выходит с лошадкой в руках, приближается к качелям и пристраивает на них игрушку. Толкнув раз-другой качели, крадется к воротам. Открывает калитку и со всех ног бежит по склону холма в сторону деревни. Юлия срывается с места, бежит за ним, потом резко останавливается и долго смотрит ему вслед.
Крестьянский дом в центре села. В распахнутом настежь окне появляется кое-как перевязанный мужчина. Это — «раненый». Он размахивает саблей и отчаянно кричит: — Вперед!..
Но тут же поворачивается и спрыгивает на стол, а затем и на пол.
…К воротам подбегает запыхавшийся Миту. Он слышит шум игры, звонкие детские голоса и спешит к дому.
А в комнате все перевернуто вверх дном. Девочки в масках, мальчики в одежде отца.
Миту приоткрыл дверь, и дети кинулись к нему с радостным ревом. Мальчик ловко вынырнул из «кучи малы», надел на голову казан, изображая средневекового рыцаря, и принял воинственную позу, дав понять всем остальным, что он готов принять участие в игре.
В сенях появилась Тасия. Резким движением открыла двери комнаты и замерла на пороге.
— Гогу!.. Костикэ!.. Мария!.. Ион!..
Но ее никто не слышит. «Рыцарь» с казаном на голове спрыгивает с печи к ее ногам. Тасия снимает казан — Миту замирает перед матерью.
— А ты откуда взялся?! — возмущенно кричит она и подходит к «раненому».
— Оникэ, ты что, не видишь, Миту вернулся?!
Миту ловко выскальзывает из ее рук и скрывается за дверью.
— Удрал от Юлии, сатаненок, — стонет Тасия и уже с нежностью добавляет — Мой мальчик…
Раду шел по саду. За его спиной двигались трактора, корчующие деревья. Подняв с земли несколько груш и яблок, Раду подошел к людям, собиравшим урожай: — Убирайте все. И то, что па земле, тоже. Ведь это последний урожай сада! — сказал он.
— Много уберешь по такой слякоти, — ответил ему пожилой мужчина.
— И самому дома не сидится, и другим не дает, — вмешалась в разговор девушка, потирая озябшие руки.
— Только нас, глупых, уговорил выйти на работу. Остальные сидят по домам как нормальные люди. Ждут, пока дождь перестанет, — поддержала ее другая девушка, залезая на лестницу-треногу.
— Ничего, Тинкуца, зато я похлопочу перед правлением, чтобы тебя на доску почета вывесили, — улыбнулся им Раду.
— Рядом с вами, что ли? — спросила девушка, засмеявшись.
— Можно даже вместо меня…
Родильное отделение сельской больницы. Из палаты для новорожденных виден палисадник с осенними цветами.
Ряд кроваток с новорожденными. Мы видим, как Юлия пеленает одного из них на пеленальном столе, несет ребенка по коридору, входит в одну из палат, протягивает ребенка матери. Несколько мгновении смотрит, наблюдая за счастливой молодой матерью, молча поворачивается и выходит.
В комнате для медсестер Юлия подготавливает аппарат для переливания крови. В зеркале она видит вошедшую девушку. Девушка явно чем-то озабочена.
Юлия поворачивается к ней.
— Что-нибудь случилось, Вера?
— Бабка Ангелина дом продала.
Юлия молча продолжает работать.
— Может, сегодня здесь пересплю, — продолжает Вера.
— Зачем же здесь? — Юлия наконец отрывается от работы. — Пойдешь к нам. Новый дом пустует.
— Неудобно…
— А что неудобного: человеку деваться некуда. А там видно будет.
Раду шел мимо ветряной мельницы. За кадром звучит его голос.
