В этот раз мы работали слаженно, и у нас все получилось. На моем балконе оказалась швабра и пакет, из которого шел восхитительный запах. Я поскорей отцепил его от швабры, достал блин и начал жевать. Тут же послышался недовольный Юлькин голос:
– Ты мне швабру то собираешься возвращать?
– Да-да! – ответил я с набитым ртом, а потом мне в голову пришла одна идея. Я сбегал на кухню и взял из вазочки с конфетами два трюфеля. Потом положил их в тот же пакетик, в котором был блин, и передал швабру Юльке. Сначала я услышал ее ворчание о том, что такой болван, как я , слишком долго не мог вернуть ее имущество, но потом вдруг наступила тишина, а за ней послышался радостный возглас Юлька обнаружила трюфели.
– А ты не такой уж и болван, Костя! – крикнула довольная Юлька и убежала в свою комнату есть конфеты.
Я вернулся к себе. Стиральная машина уже была выключена, и мама доставала из нее белье. Я подошел поближе и удивился:
– А почему вещи такие серые?
– А потому что ты вместо стирки включил обычное полоскание. Вот она и прополоскала все вместе… – сказала мама и весело засмеялась. Она у меня вообще очень веселая, да.
Глава 4. Велосипед
После трех с половиной недель карантина мы с Юлькой состарились лет на пять, не меньше. Это по ее словам. Я себя еще таким старым не ощущал, но на всякий случай не стал спорить, а предложил ей вернуться в детство.
– Это как? – заинтересовалась Юля. И тогда я рассказал ей про велосипед.
Вообще-то, на нашей площадке было три квартиры. Две из них занимали наши с Юлей семьи, а третья сейчас пустовала. Но раньше там жила бабушка, которая собирала всякий хлам. Сначала она захламила всю квартиру, а потом принялась за общий коридор. Как-то раз она даже принесла с помойки старый велосипед, у которого были все колеса погнуты.
Несколько месяцев назад бабушка умерла, а ее родственники выбросили все барахло. А велосипед оставили. Наверное, решили, что он был мой. Он так и стоял в общем коридоре, засунутый между стеной и шкафом, который тоже жил здесь неизвестно с каких времен.
– И как это я раньше его не замечала?– удивилась Юлька, глядя на этот велик.
– Ты просто не заглядывала за шкаф. – ответил я.
А потом я предложил Юльке покататься на этом велике. Ей эта идея показалась сомнительной.
– Зачем мне кататься на этом драндулете, если у меня свой велосипед есть? – спросила она.
– А тебе разрешают кататься на твоем велике дома? – спросил я.
– Нет. – вздохнула Юлька.
– И на улице нельзя сейчас. А в коридоре можно. А как ты свой велик потащишь в коридор через всю квартиру? Тебя родители заметят или сестры сдадут. Придется нам кататься на том, что есть.
Мы потихоньку вытащили велик из-за шкафа. Колеса у него были все в восьмерках, но в целом велосипед был на ходу. Юля скептически оглядела коридор и сказала:
– Места маловато. Тут в длину метров пять, не больше.
Тогда откроем дверь, сказал я. И будем кататься до лифта. Оказалось, что Юле пришла в голову та же самая идея, и мы открыли дверь.
Первой покатилась Юлька. Из-за кривых колес велик мотыляло в разные стороны, но она держала равновесие, только громко ойкала. Я шикнул на нее и напомнил, что нам нельзя шуметь. Дальше Юля каталась молча, только сопела носом и временами похихикивала.
Наконец, она накаталась и отдала велик мне. Первые пару минут я тоже привыкал к его кривой траектории, но потом стал кататься ловчее и даже умудрился развернуться на площадке у лифта. А потом Юля предложила погрузиться в детство еще больше. Она скомандовала:
– Становись на старт! – а сама встала позади велосипеда. Я опасливо покосился на нее и спросил, что она собирается делать.
– Сейчас увидишь. – пообещала Юля и потерла руки. Я понял, что дело плохо и оттолкнулся ногой. Как только я начал крутить педали, Юлька подскочила сзади и со всей силы толкнула велосипед вперед. Моя скорость моментально возросла в несколько раз. Я не успел ничего сделать. Юлька только крикнула сзади:
– Как в детстве с толкача! – а потом я уже на полной скорости врезался в дверь напротив. Грохот был ужасный. Эта дверь, за которой тоже был общий коридор и три квартиры, была железной. Шум от удара был такой, как будто с неба метеорит упал. Я свалился вместе с великом, а Юлька подбежала ко мне, не переставая орать. Потом она закрыла мне ладошками рот, и я понял, что все это время орал я сам. Стало потише, но у меня в ушах все еще стоял гул от удара о дверь.
– Быстрей-быстрей! – Юля тянула меня за руку. – Поднимай велик и бежим назад!
За чужой дверью уже слышался шум отпираемых замков. Я схватил велосипед и заковылял за Юлькой. Она быстро захлопнула за нами дверь, и мы присели на корточки в своем коридоре.
Но это, конечно, нас не спасло. Хоть соседи и не стали выяснять, что произошло, но наши с Юлькой мамы, выбежав в коридор, мигом все поняли. Мы с Юлькой клятвенно обещали больше не кататься на велосипеде в подъезде и вообще посыпали голову пеплом. Но если честно, то мы оба немножко гордились нашим приключением. А искореженный велосипед в коридоре с тех пор стал для нас приятным напоминанием.
Глава 5. Баба Тома
