Прелестная Иола ничуть не надеялась на взаимное чувство со стороны сэра Вульфа Рендона, избалованного вниманием женщин. Но, ощутив на губах вкус его страстного поцелуя, Иола поняла, что смелый шаг, на который она отважилась, сбежав из родительского дома, помог ей найти настоящую любовь.
— Должен сказать тебе кое-что важное, Иола, — произнес генерал, отчеканивая каждое слово так ясно, словно был сейчас на казарменном плацу, где каждый солдат должен был слышать его команду.
— Я вас слушаю, отец.
Иола посмотрела на отца, оторвавшись от тарелки с несколькими кусочками традиционного английского ростбифа. Генерал очень любил это блюдо, однако каждый раз, когда подавали розовое недожаренное мясо, Иоле казалось, что порция слишком велика для нее и что не мешало бы дожарить мясо. Но, видя, как отец расправляется с ростбифом, она не решалась портить ему аппетит, высказывая свои замечания.
— Должен заметить, — продолжал генерал, — что я крайне рад, хотя и немного удивлен. В конце концов, ты — моя дочь, поэтому, как и подобает твоему положению, ты сделаешь хорошую партию.
Озадаченно посмотрев на отца, Иола спросила:
— Что вы такое говорите, отец? Я ничего не понимаю.
— Ставлю тебя в известность, что лорд Стоунем намерен ухаживать за тобой с самыми серьезными намерениями. Я, разумеется, не против этого, поэтому и дал свое согласие.
На мгновение слова отца привели Иолу в оцепенение. Не в силах сдвинуться с места, она потеряла дар речи и способность думать.
Лорд Стоунем! Вне всякого сомнения, когда утром лорд-наместник приехал к отцу, генерал даже не догадывался о цели визита высокопоставленного гостя.
Уединившись в кабинете, мужчины просидели там так долго, что тетушка Маргарет подумала, не стоит ли пригласить гостя остаться на обед.
Наконец лорд Стоунем уехал в своей роскошной карете, украшенной гербами, в сопровождении слуг, одетых в красочные ливреи синего и оранжевого цветов.
Маргарет Херн очень взволновал неожиданный и такой продолжительный визит лорда, и в ее мозгу рождались самые невероятные предположения.
Когда брат вошел в гостиную, она с нетерпением спросила:
— Что же лорд Стоунем хотел от тебя, Александр?
Генерал был явно взбудоражен, но не хотел прямо отвечать на вопрос любопытной сестры.
— Я все скажу позже, — агрессивно ответил он. — Обед следовало бы уже подать. Ты же знаешь, я люблю есть вовремя.
— Конечно, конечно, Александр. Сейчас прикажу подавать. Все уже готово, — смиренно ответила Маргарет.
Обед начался в молчании. Отец собирался сказать нечто важное, но не торопился с сообщением. Иола в отличие от тети не была столь любопытна, ее не интересовала цель визита лорда Стоунема, довольно часто наведывавшегося в поместье к отцу по самым различным вопросам, касавшимся жизни графства.
Генерал, назначенный помощником наместника, испытывал истинное наслаждение, осознавая, что является представителем лорда Стоунема и может выступать от его имени, выполнять некоторые его функции каждый раз, когда лорд не сможет это сделать лично.
«Наверное, я неправильно поняла отца», — подумала Иола.
Наконец, сделав над собой усилие, она тихо произнесла:
— Я... я не ослышалась, отец? Вы сказали, что лорд Стоунем... хочет... жениться на мне?
— Именно так! Ты все правильно поняла, — прогремел в просторной комнате голос генерала. — Он хочет на тебе жениться, и как можно скорее.
— Но... отец... ведь его жена умерла лишь...
— На следующей неделе исполнится год со дня ее смерти, — перебил дочь генерал. — Насколько тебе известно, траур длится двенадцать месяцев.
Не в силах сдерживать себя, тетя Маргарет восторженно всплеснула руками:
— Какая потрясающая новость! Ты только представь себе, Иола, что, став супругой лорда-наместника, ты сможешь присутствовать на церемонии открытия парламента. Ты будешь входить туда с сияющей диадемой на голове!
Голос тети дрожал от восхищения, в то время как Иола все еще находилась в оцепенении.
— Не могу понять, отец... но почему, почему лорд Стоунем хочет жениться именно на мне? — робко спросила девушка. — Он ведь стар... очень стар.
— Конечно, надо признать, что он уже далеко не молод, — согласился генерал, — однако таким мужчиной можно только восхищаться и уважать его. А то, что он более других достоин стать твоим супругом, в этом сомневаться не стоит.
Услышав слово «супруг», Иола вся содрогнулась. Никогда до сих пор она и в мыслях не допускала, что может думать о лорде Стоунеме как о мужчине. Для нее он всегда был лишь важной влиятельной персоной.
Она не станет отрицать, что с удовольствием танцевала с ним дважды на балу по случаю открытия охотничьего сезона, состоявшемся в этом году немного позже обычного из-за траура по поводу кончины супруги лорда-наместника. Иола была уверена, что лорд приглашал ее танцевать лишь потому, что она была дочерью генерала, являвшегося «правой рукой» лорда во многих делах. По этой же причине, полагала Иола, лорд был всегда любезен с ней, приезжая в их поместье.
За последние три месяца Иоле пришлось присутствовать на скучных званых обедах в Стоунем-Парке. Однако никогда, даже на мгновение, Иола не могла себе представить, что может интересовать лорда как женщина, а к нему проявлять интерес как к мужчине.
