В своём ответе (23 декабря 1953) Паули сообщил, что пока откладывает комментарии по части архетипа числа, поскольку пятого января отправляется в Америку и останется там на три месяца. Он согласился с Юнгом относительно помещения психе выше духа и тела. Его также заинтересовало утверждение о «как минимум двух путях к тайне бытия». Расширяя эту мысль, он понял, что Путь, то есть дорогу к самости, можно обрести в отношениях «с анимой ли, с реальной ли женщиной, с проблемой ли физики или с жизнью в целом»[288]. Паули намеревался исследовать все эти пути одновременно.
Юнг упомянул, что алхимик Дорн воображал unus mundus как представляющий единство тела (материи), духа и души. Паули считал, что в современном мире это соответствует ассимиляции физикой парапсихологии и биологии. Кроме того, брак, по убеждению Паули, также мог быть моделью «единого мира», «когда он перестанет основываться на наивных проекциях анимы и анимуса»[289].
Возвращаясь к двум путям к тайне бытия, Паули вспомнил сон, в котором ему говорят, что «только в двойках он сможет вернуться «домой»»[290]. С этими ссылками на двойственность противоположностей он осознал, что unus mundus Дорна соответствует древней китайской концепции Срединного Царства (Чжунго), символизирующего нейтральную область между противоположностями.
Письмо завершается сердечными поздравлениями с Рождеством и Новым Годом. Насколько нам известно, после этого их переписка прервалась на два года.
В конце октября Паули занялся активным воображением, которое посвятил фон Франц. Внешние и внутренние связи Паули претерпевали заметные изменения, порождая новые инсайты и подходы. Две следующих главы рассказывают об этих важных событиях.
Есть только одно фортепьяно.
В письме от 27 мая Паули сообщил Юнгу, что не владеет четвёртым кольцом человеческих взаимоотношений, а без этого не может обладать и третьим кольцом метафизических размышлений. Четвёртое кольцо представляло для Паули Эрос, великий принцип, соединяющий противоположности, на службе у отношений. Для Юнга он был противоположен властному порыву, которым руководит эго; с этой точки зрения власть и Эрос — антитезы. По словам Юнга, Эрос «творец, создатель, отец и мать высшего сознания»[291]. Расширяя суть этого древнего эфирного понятия, которому он приписывал важное психологическое значение, Юнг писал:
В классические времена, когда такие вещи понимались как должно, Эрос считался богом, чья божественность превосходила наши человеческие пределы, и которого поэтому нельзя было ни постичь, ни каким-либо образом представить. Я, как и многие другие до меня, мог бы рискнуть предложить подход к этому духу, чья область деятельности простирается от бескрайних пространств небес до тёмных бездн ада; но я колеблюсь в выборе языка, который мог бы адекватно выразить бесчисленные парадоксы любви[292].
По мере углубления в поиск четвёртого кольца Паули всё больше угнетали неуловимые помехи. Подобно Данте, он заблудился. Стремясь понять себя в связи с психофизической проблемой, он столкнулся с незнакомыми чувствами. Находясь в таком состоянии ума, Паули решил заняться активным воображением[293], надеясь с его помощью избавиться от тревоги. То, что конец его упражнений совпал с получением письма от Юнга 24 октября, стало подтверждением, что его активное воображение проникло в глубины бессознательного. Он назвал эту часть «Урок игры на фортепьяно — активная фантазия из бессознательного». Паули посвятил работу своей дружбе с фон Франц и, по-видимому, отдал её Марии-Луизе, отправляясь в Америку. Далее представлен аннотированный конспект этой работы.
Урок[294] начинается с загадки:
Стоит туманный день; я уже долгое время чувствую себя тревожно. Присутствуют два студента: старший понимает слова, но не их значение, младший же понимает значение, но не сами слова. Я не могу свести их вместе[295].
Два студента здесь могут представлять рациональный и иррациональный взгляд на мир, которые Паули хотел соединить в одно целое.
