- "Бофорс" 40-мм автоматическая зенитная пушка, полное название "Бофорс" 40-мм L/60, хотя ствол длинной всего 56 калибров, а не 60, как заявлено в названии. Темп стрельбы 80 - 100 выстрелов в минуту и более, если орудие ведёт огонь с небольших углов возвышения. Увеличение количества выстрелов в минуту связано с силой тяжести подачи механизма боеприпаса. А если короче, то собственный вес помогает в работе механизма перезарядки. Фугасный снаряд 900 грамм весом. Заряд пушки обоймами по четыре патрона. Вставляются обоймы в ручном режиме. Потолок стрельбы около четырёх километров. По наземным целям до семи километров. Но мое мнение, пушка так себе.
- Ну и где мы их возьмем? - с улыбкой спросил Корнейчук.
Отпив чая, сказал, - у союзников конечно.
- Они нам сразу же по приходу в Мурманск их дадут, - снова вставил свои три копейки Корнейчук.
Но на сухогрузах же были, - вполне резонно сказал я, - а вот заинтересовать владельцев судов в продаже, это другое дело. Боеприпасы у них же есть.
Судя по задумчивому виду Кобызева, я зацепил его своим предложением.
- Ну и чем же ты их заинтересуешь? - голос Корнейчука исходил ехидством.
- Золотом конечно, - спокойно ответил я, - если им будет выгодно, снимут по одной пушке как пить дать, важно одно - сколько предложить им.
Корнейчук демонстративно залез в карманы штанов, вывернул их, посмотрел на меня, сказал со вздохом, - и здесь нет золота.
На что, я спокойно ответил, - и у меня нет, но у меня здесь, есть друзья, хорошие друзья, попрошу у них, здесь самое главное, чтобы вы и руководство согласилось. А дальше я сам всё прокручу. Скоро на самых верхах нашей страны и Британии, а так же со штатами, будет заключено соглашение, о поставках вооружения, в том числе и "Эрликонов" и "Бофорсов". А те свой флот, в том числе и торговый, вооружают ими уже сейчас.
- Ну, насчёт нашего согласия и согласия руководства, считай, ты его имеешь. Так что, крутись, если сможешь, - высказался Корнейчук, - кстати, можешь, если мы без начальства называть меня по имени и отчеству - Василий Петрович.
- Тогда Петрович, - с улыбкой сказал я, - так и авторитетней будет.
- Идёт, - ответил Петрович.
- А по поводу завтра, конечно, попробую, - протянул я, - но за результат не ручаюсь, если с трёх раз не попаду, больше стрелять не буду, нечего просто так переводить снаряды.
- Ничего, - сказал Кобызев, - снарядов у нас хватает.
А как же анекдот про патроны в военное время, - ехидно спросил я.
- Ну-ка, ну-ка, - заинтересовано спросил Кобызев.
Во время войны для солдата патронов или очень мало, или просто мало, или больше не унести, - произнёс я.
Судя по довольным улыбкам, мой анекдот оценили.
- Кстати, - вспомнив, что-то произнёс Петрович, - что-то нас в последнее время кок кормить стал как в ресторане. И вновь на меня уставились оба находящихся в каюте командира.
- Да всё нормально, - ответил я, махнув рукой, - объяснение тут простое, сам поесть люблю, да и в общем готовить могу на приличном уровне.
- Вот, - обличающее ткнул в меня Петрович, под ехидный смешок Кобызева, - тогда будешь помогать коку на постоянной основе, если не стоишь у пулемёта.
- Без проблем, - заверил я, - только Османовича предупредите сами.
- Да он сам к нам уже подходил, - со смехом сказал Петрович, - по этому вопросу и от имени экипажа.
С ужином я Серёге помог, делали его вместе. Но мыл он всю посуду, сегодня сам.
После ужина, отправился на боковую, всё равно на дежурства меня не привлекали.
Проснулся я как обычно рано утром, вместе с Серёгой Марочкиным. Дальше всё пошло штатно по расписанию.
Немец прилетел ровно в восемь пятнадцать. - Хоть часы сверяй, - сказал стоящий на мостике Петрович с биноклем.
Приноравливаясь к пушке, с уже наложенным заклинанием зоркого глаза, взяв упреждение, сделал первый выстрел. Свободные от вахты, высыпали на палубу катера, не мешая, однако работающим у пушки матросам. Разрыв снаряда был выше и левее, его я прекрасно видел со своим зрением. Небольшая корректировка и снова выстрел. На этот раз, снаряд прошёл рядом с самолётом, но разорвался опять выше. Третий снаряд ушёл к всё, тому же самолёту, и опять - мимо, даже со своим зрением, я был не в состоянии попасть без хорошей оптики в такую цель. Снаряды шли рядом - это сколько надо выстрелить снарядов, чтобы попасть даже по теории вероятности.
Повернувшись к мостику, я покачал головой, давая понять, что не попаду.
- Ну нет так нет, сказал, - сказал стоящий рядом со мной старшина Кобызев.
В это время немец, даже не сбросив со своей высоты бомбы, на стоящие у причала баржи, улетел в сторону Норвегии.
- Однако напугал ты его точно, - сказал, свесившись с мостика Петрович. От чего, все кто был на катере, заулыбались.
В это время обе баржи разгружались, разгрузкой занимались оба взвода которые на них прибыли. По всей видимости, местное командование посчитало, что три дня им было достаточно для отдыха. Ближе к обеду мы так же, караваном вышли обратно. Кроме несколько десятков раненых, да сопровождающей их медсестры, на баржах никого не было.
