В порт Мурманска входили, как и рассчитывал Ледяев, часов в 11 дня. Все экипажи имели радостные лица, ещё бы пришли домой, а вот увиденное на пирсе мне не понравилось. Там помимо обычных: командира Мурманской базы капитана второго ранга Гизатулина и батальонного комиссара Будько, капитан-лейтенанта Оточина. Нас встречал целый контр-адмирал.
- Это начальник штаба Северного флота, Степан Григорьевич Кучеров, - сказал Петровичу, боцман Кашкаров, - я его давно знаю. После нашей встречи с рейдовым соединением, я перебрался, на привычный мне РС-513.
- Да, этот будет трясти, - подумал я, - хоть бы наши командиры, не прокололись с ответами.
Все ответы на возникающие вопросы, мы разобрали с Ледяевым и Корнейчуком, остальные вообще не знали ничего или мало о чём догадывались, старшие лейтенанты Гущин и Миронов были предупреждены, что говорить и как. Капитан-лейтенант Валишев, командир вспомогательный крейсер "Победитель" сам недавно назначен на эту должность, многого не знал и не догадывался.
А вот лейтенант Репин о многом догадывался, многое знал. С ним, пока шли назад, я провёл беседу, показывая на нём самом, то, что он имеет сейчас, его перспективы, и что он может иметь в будущем, если заговорит. По тому, как тот задумался, я понял, что тот думает в правильном направлении и его надо немного подтолкнуть. Добавил ему, что это только начало действий, а вот если бригаду расформируют, вернув в первоначальное состояние, забрав все наиболее боеспособные корабли, то без инициативное прозябание, ему будет гарантировано.
Контр-адмирал Кучеров, сразу же выделил основное, вспомогательный крейсер "Победитель", был вооружён просто заоблачно избыточно. Американские орудия тип Mk-6, которые, те устанавливали на подводных лодках, или лёгких крейсерах - четыре штуки, К-21 по пять штук с каждого борта, это кроме того, что весь вспомогательный крейсер утыкан автоматическими 40-мм пушками "Бофорсами", 20-мм пушками "Эрликон", а так же имел не меньше шести крупнокалиберных пулемётов ДШК 12,7-мм.. 100 % готовый крейсер ПВО. Другие вспомогательные крейсера, про которые он знал, по сравнению с ним выглядели откровенно слабо. Наличие в составе рейдового соединения двух морских охотников тип РС-461 к тому же довооружённых, как и все корабли этой бригады на новейшие автоматические 40-мм пушки "Бофорс", крупнокалиберные пулемёты ДШК, были заменены на "Эрликоны" и их количество увеличено вдвое. По РС-461, только начались переговоры о поставках с союзниками, а тут их использовали по полной. А так же наличие в корабельном составе большого торпедного катера способного разгоняться до 42 узлов, как и все, имеющий автоматическую 40-мм пушку "Бофорс", и два "Эрликона".
Да что там говорить все морские охотники как МО-2, так МО-4, были полностью перевооружёны на "Бофорсы", и "Эрликоны". Откуда всё это? Вместе с тем, он понимал насколько, усилилась Мурманская база. Да что и говорить, даже тот же вспомогательный крейсер "Мурманск" имел в достаточно количестве, те же К-21 и ДШК, к своим старым орудиям.
Как только вспомогательный крейсер "Победитель", пришвартовался, на него поднялся контр-адмирал Кучеров, командир Мурманской базы капитан второго ранга Гизатулин и батальонный комиссар Будько у входного трапа к нему с докладами подошли командир бригады охраны водного района, капитан третьего ранга Ледяев Игорь Викторович. После него Валишев, капитан-лейтенант, командир вспомогательного крейсера "Победитель". По внешнему виду корабль не имел явных повреждений, Хотя все морские охотники имели незначительные следы от попаданий.
Осмотрев вспомогательный крейсер, Степану Григорьевичу показали пленных матросов с морских охотников, захваченных во время боя. После, все прошли в большую кают-компанию корабля, по предложению Ледяева, туда должны были подойти, все командиры кораблей, как участников рейда, так и те, которые не участвовали, но были на базе из состава бригады охраны водного района.
Пока все собирались, Кучеров предложил Ледяеву, более подробно доложить о рейде. Что, тот и сделал со всеми подробностями, и дополнениями, в виде пришедшей идеи, атаки порта Киркенеса. По поводу атаки на Киркенес, предложил доклад сделать командиру С-23 лейтенанту Репину, который прибыл один из первых.
Репина Кучеров выслушал, не перебивая, особенно его заинтересовали бои с авиацией противника, двое сбитых, из трёх возможных.
На что, доложил капитан третьего ранга Ледяев, за пушками в момент атаки стоял юнга Ванник Северный, с морского охотника РС-513.
