Возражать не стал и сразу опустился в кресло, хотя всё моё естество буквально корёжило от размеренности и умиротворённости этой локации, где само время течёт плавно и неспешно, тогда как Землю буквально с каждым часом оплетает своими сетями враг. Вот не поверю, что Кирилл не в курсе.
— Ты знаешь, зачем я пришёл к тебе? — в лоб спросил я.
— Знаю, — кивнул Кирик. — К слову, ты добрался ко мне гораздо быстрее, чем твой брат. Мне очень жаль, что его не стало, — заметно погрустнел Кирилл. — Как жаль и других твоих родичей. Но если тебе станет немного легче — они все обрели достойное посмертие на две тысячи сто тридцать четвёртом слое Юнисферы. Они просили передать тебе послание.
Не успел я осознать сказанное, как за спиной Кирилла появились проекции отца, мамы и старших братьев, а у меня защемило сердце от тоски по близким. Отец, как всегда, хмурился, мама улыбалась, старший брат, копировавший манеру поведения отца, тоже был серьёзным, а средний братишка Алексей пошёл характером в маму. Он улыбался и махал мне рукой.
Ну а потом мои родные заговорили. Каждый передал мне послание, попытался подбодрить, утешить, поддержать. Отец взял слово последним.
— Мне жаль, что наш последний разговор прошёл в таком ключе, сын. Я был суров к тебе, постоянно придирался, старался вырастить достойного, с моей точки зрения, человека, вылепить из тебя самого себя и не понимал, что ты всегда был достойным. Мне надо было больше прислушиваться к тебе, Артём, и за это я хочу попросить у тебя прощения. — После этой фразы отца из глаз непроизвольно выступили слезинки. — Также я хочу попросить у тебя прощение, что из-за своей глупости и недальновидности взвалил на тебя бремя ответственности за всех людей Земли. Мне не хватило ума понять замысел врага и сил, чтобы справиться с ним, но всё это есть у тебя, сын. Я понимаю, что не имею права просить тебя об этом, но боюсь, что никто, кроме тебя, не справится. Ты должен раз и навсегда решить проблему демонов, а друзья помогут. Будь сильным, сын, таким, каким ты был всегда. До встречи, она обязательно состоится, но умоляю тебя, не спеши за грань. Живи своей жизнью, живи по совести, как нам завещали предки, и не дай угаснуть нашему роду.
Иллюзии родных растаяли, а на душе стало легко и тепло. Огромный груз свалился с моих плеч. До этого момента я и не подозревал, как сильно меня придавливали к земле мысли о ссоре с отцом и последних словах, что он произнёс: «Я разочарован, сын». Почему мы не ценим близких, когда они с нами, и горюем, когда они уходят? Почему так сложно унять свою гордыню и послушать, а потом и понять?
— Спасибо тебе, — сглотнув ком, проговорил я спустя несколько минут, в течение которых Кирилл не прерывал поток моих мыслей.
— За такое не говорят спасибо, Артём, — по-доброму улыбнулся мужчина. — Что бы ты ни думал обо мне лично и о Стражах в целом, мы одна семья, и это мой долг.
— У меня тоже есть для тебя весточка из прошлого, — проигнорировав слова Кирилла о семье, проговорил я. — Но боюсь, что тебе она не сильно понравится. Покажись, напарник.
Рядом со мной материализовалась фигура Дэвила, и лицо Кирика мгновенно изменилось. От доброты мужчины не осталось и следа. За неуловимо короткий миг Стартов Кирилл изменился до неузнаваемости. Его тело заковало в золотой доспех, а в руках зажегся огненный шар. Вспышка света — и позади него появилась девушка в ослепительно белой мантии волшебницы. В каждой её руке полыхали сферы, наполненные светом, отчего некромант был вынужден прикрыть глаза руками.
— Притушите фонарики, я сюда не драться с вами пришёл, — проскрежетал Дэвил. — Я искупил свою вину перед мирозданием, старый враг. Моя карма чиста.
— Всё нормально, Ви, — проговорил Кирик, и магическое свечение из рук девушки угасло. — И чего же ты хочешь? Зачем ты пришёл? — гневно сверкнув глазами в мою сторону, обратился прославленный воин к некроманту.
— Я пришёл просить тебя о снисхождении, — посмотрев Кириллу в глаза, ответил напарник. — Я помогал твоему потомку достичь цели, оберегал от опасностей, выполнял все его приказы и теперь прошу тебя об услуге. Заверши то, что не успели сделать демоны, отправь мою душу на перерождение.
— Снисхождение, говоришь, — задумчиво проговорил Кирилл. — А что по этому поводу скажет Артём? Ты знаешь, что сотворил этот человек? Так скажи мне, заслужил ли он прощение? Да и вообще, где ты его нашёл?
