Бесшумно открываю дверь – за моей спиной уже стоят четверо. Провожу пальцем по горлу – ребята кивают в ответ: понятно. И мы просто режем спящих, как баранов. Закрываешь рот ладонью на выдохе – и в сердце. Клинок узкий и длинный. Входит в тело легко, как в масло. А на выдохе – чтобы не закричал, не застонал. Воздуха-то в лёгких нет. Добиваю второго, оборачиваюсь – всё. Заканчивают. Металл не блестит, потому что специально воронён. Вижу только сгусток тьмы. Тело спящего дёргается – всё. Зачищено. Пересчитываю покойников. Включая часовых – все десять. Даже странно, почему так мало народа охраняет столь большую ценность в Тушуре, как сухой лес. Впрочем, тут ясно отчего – война. Рисковать большим числом глупо. А мародёры не рискнут связываться с армией.
Начинается работа. Подобное мы отрабатывали в Парде не один десяток раз. Быстро набираем брёвна, благо они просушены на совесть, вяжем их к сёдлам коней. Дерево стандартной длины. По семь метров. Просто идеально. Двадцать штук нам хватит. Остальное пойдёт на требучеты. Хотя и очень малое количество. Всего полсотни осталось… Снова начинаем движение. Брёвна тянутся по земле, оставляя за собой борозды, но это уже не страшно… Два часа – и мы у воды. Споро вяжем деревья между собой, причём не верёвками, а тонкими цепочками из металла. Нельзя, чтобы плот развалился раньше времени. К среднему бревну прибиваем скобу, к которой на верёвке – здесь можно – привязан якорь из оружия, взятого у мертвецов. Быстро грузим привязанные на заводных лошадей бочки с маслом. Плот почти уходит под воду от тяжести груза, но уж как-нибудь… Надуваю бурдюк для переправы воздухом, четыре плоских камня, обвязанные верёвками, кладу перед собой. Один из десятников зажигает потайной фонарь и закрывает защёлку. Свет нам не нужен. Только для зажигания масла… Раздеваюсь, намазываюсь жиром, вхожу в воду. Брррр!!! Ледяная! Но в Парде, где я привык купаться, куда холоднее! Так что выдержу. Тем более что буду двигаться. На боку висит мой короткий меч.
– Начали. Время…
Ложусь на брёвна, но тут же вскакиваю – плот едва не утонул. Придётся просто плыть, держась за него. Ну, километр по течению выдержу. Солдаты отталкивают нас от берега, заходят в воду по пояс. Странно, что тушурцы ничего не замечают. Видно, как возле моста горит цепочка факелов, не прекращается неумолкаемый гул тысяч людей и животных. А я медленно плыву по течению… Пора! Ныряю вниз, отцепляю якорь от скобы, иду на глубину. Ага, глубина, называется! Три метра до дна! Даже смешно становится…
Плот неспешно дрейфует, но я уже вгоняю в илистое дно сабли и копья. Всё входит очень легко, без напряга. Удержали бы только плот на нужном месте. До моста – около сотни метров… Глубоко выдыхаю, достаю фитиль из непромокаемой сумки, открываю шторку фонаря, прикрываясь бочкой – заметят, нет? Шнур, пропитанный селитрой, начинает шипеть, выбрасывая струйку дыма. Отталкиваюсь от плота, одновременно забирая с него бурдюк и камни, перекидываю их вокруг шеи, и распускаю верёвку, изо всех сил работая ногами, чтобы удержаться на месте. Якорный трос увязан хитрыми узлами, распуская которые я могу застопорить плот точно на нужном мне месте… Да что эти тушурцы – спят, что ли?!
Бабах!!! Становится светло как днём. Из бочек вырываются столбы ослепительного в осенней ночи пламени. Такого яркого, что он отражается от низких облаков, как от рефлектора. Но я вижу! Последний узел! Рывок, лишняя верёвка затягивается, всё! Больше распускаться якорный канат не будет, намертво останавливая горящий плот точно под пролётом моста! Пламя высоченное, я даже не ожидал такого! Рёсцы туда явно что-то добавили. Интересно, что?
Шшшш… Рядом со мной в воду с шипением входит стрела. Заметили наконец! Ну да. Тут же сейчас светло как днём… А на мосту творится – ужас! Пламя охватывает дерево моста с такой жадностью, будто оно облито напалмом. Мечутся горящие фигуры людей и животных, переваливаются через перила в тщетной попытке потушить пламя в воде. Но всё бесполезно. Теперь я точно уверен, что имперцы намудрили с маслом гарантированно, потому что в воде пламя вспыхивает ещё ярче. Ничего себе! Солдаты из охраны моста бегут к тому месту, где я должен выплыть! Это плохо! Набираю в грудь побольше воздуха, ухожу на дно. Вряд ли тушурцы в воду полезут. Касаюсь дна ногами. Медленно выдыхаю. Делаю новый вдох из бурдюка. Поехали… Загребая руками, плыву обратно на середину. Заодно по пути проверяю якорную верёвку. Держит, родимая! Ещё как держит! Вряд ли местные вояки догадаются, что я переплыл на ту сторону! Скорее побегут вниз по течению. Точно. Так и вышло.
Учитывая, что противоположный берег густо порос чем-то вроде камыша, только помягче, прикрываясь раскидистыми сухими листьями и матерясь, поскольку ступаю голыми ногами по узловатым корням, бреду вверх по течению. Но мост полыхает на заглядение! Красиво! И – мечущиеся в пламени силуэты… Лишь бы местные не догадались послать конных вдоль берегов, чтобы не обнаружить ребят и себя раньше времени…