Юность Барона. [3 книги] полностью

— И как я, по-твоему, должен буду это выяснять? Дескать, извините, гражданка Красикова, за вторжение в интимное, но вот когда вы лежали под гражданином Алексеевым, ваши шаловливые пальчики, случаем, ничего такого не нащупали? Пониже евонного левого полупопия?

— Можно и так. Но я бы на твоем месте придумал более изящный заход.

— Так, если ты у нас такой умный, может, сам и придумаешь? А придумав, сам же и сходишь. В конце концов, Люба — твоя идея, тебе и доминошки в руки.

— Может статься, гражданка Красикова мне еще понадобится. В качестве живца для ловли Барона. По этой причине я пока не хочу перед ней свою рожу светить. Опять же, ты в форме, а потому смотришься всяко убедительнее.

— Ох и паразит ты, Гришка! Получается, ты мне днем ничего не сказал, а сам давно все заранее просчитал? Для того и домой заскочил, переоделся?

— Хромает твоя смекалка, Мыкола. Она есть, но она хромает. В гражданское платье я переоделся исключительно для встречи со своим барабаном. Дабы не ставить того в неловкое положение. Короче, ты идешь в гости или будешь продолжать саботаж?

Захаров задумался.

Ему дико не хотелось заниматься подобной работенкой, а потому он мучительно сыскивал предлог соскочить с темы.

— Так, может, ее и дома-то нет?

— Она дома. Мой напарник по азартным играм, Макарыч, — сосед Красиковой. Перед тем как спуститься во двор, столкнулся с ней на кухне.

— Все равно за это время могла уйти.

— О, мой наблюдательный друг! Неужели ты не заметил, что я нарочно занял такое место за зеленым сукном дворового казино, чтобы размещаться непосредственно лицом к интересующей нас парадной. Так вот, за все время наблюдения из оного не вышло ни одной женщины, которую можно было подвести под определение "шалавистой". Еще вопросы имеются?

— Нет, — сдался Захаров.

— Тогда вперед, дружище. На встречу с прекрасным. В качестве дополнительного стимула обещаю после сводить тебя в обалденную "Котлетную". Здесь рядом, на площади.

— Не понял? Ты же жалился, что у тебя денег нет? Даже двушки лишней.

— Было такое, не отрицаю. Но ведь я не без пользы провел последний час, — Анденко демонстративно похлопал себя по карману, побренчал мелочью. — Думаю, рублика на три приподнялся. Так что еще и на пару пива хватит.

— Так вы тут еще и на деньги?.. — изумился Захаров. — Это же административное правонарушение!

— Так это только пацаны на щелбаны играют. А настоящие мужики — на интерес…

Изучив прибитое к дверному косяку "меню вызовов", тремя подряд нажатиями на звонок Николай изобразил позывной гражданки Красиковой.

Дожидаться обратной связи пришлось несколько минут.

По прошествии которых дверь все-таки открылась, и процесс сей был сопровожден раздраженным:

— Кого там еще черти принесли?

— Очень верная формулировка, — искренне согласился с прозвучавшим утверждением Захаров. — Именно что черти. Вернее — один, но тот еще черт.

— Ты кто такой?

Николай светанул корочки и представился:

— Инспектор уголовного розыска Захаров. А вы, я так понимаю, Красикова Любовь Ивановна?

— Начинается! — досадливо скривилась Люба и плотнее запахнула халатик, для верности придержав его рукой на груди. Во всех отношениях выдающейся, как успел заметить Николай. — Что они вам опять наплели?

— Кто?

— Соседи, кто ж еще? До чего склочное семейство, эти Михеевы. Это ведь они вас вызвали?

— Почему, как милиция, так сразу вызвали? Что мы, по-вашему, просто так, сами явиться не можем? Кстати, а было за что? Вызывать?

— И чего вам нужно, инспектор Захаров? — проигнорировала провокационный вопрос Люба.

— Всего лишь получить маленькую консультацию.

— Вообще-то консультации дают не здесь, а в женской консультации. Подсказать адресок?

— Люба, не огрызайтесь, вам это не идет. Хотите, я даже волшебное слово скажу? Пожалуйста.

— Ну хорошо. Спрашивайте, а там посмотрим.

— Может, мы все-таки пообщаемся не здесь? Знаете, как говорят, в дверях правды нет.

— Черт с вами, идемте. Только сразу предупреждаю — у меня не прибрано.

— Это исключительно ваше частное дело, — успокоил Захаров, заходя в квартиру. — К нашему служебному касательства не имеющее.

Коммунальное обиталище гражданки Красиковой представляло собой невеликую, три на четыре, прокуренную комнатушку с выгоревшими на солнце обоями и минимальным набором предметов мебели, самым шикарным из которых являлась дореволюционного происхождения кровать с облупившимися фигурками ангелочков вместо нынешних металлических шаров. Над кроватью помещались гитара-семиструнка с голубым бантом и обложка журнала "Советский экран" с изображением артиста Коренева. Он же Ихтиандр.

Войдя в комнату, Люба первым делом подобрала с пола разбросанные предметы женского туалета, а затем забралась с ногами на кровать и кивком головы указала Захарову на стул, стоявший возле журнального столика, заваленного журналами мод.

— Хороший фильм, — как можно дружелюбнее озвучил Николай, реагируя на Ихтиандра. — Я его три раза смотрел.

— Да, неплохой.

— И музыка хорошая. Мне там одна песня очень нравится. Про моряка. Помните? "Эй, моряк, ты слишком долго плавал".