Юность Барона. [3 книги] полностью

— Ладно, думаю, семи смертям не бывать, и бросаюсь на него. И тут раздается выстрел.

— О господи! Попал?

— Кабы попал, мы бы с тобой, Марусенька, здесь не сидели, винцо не попивали… Кстати, Семен, кончай жрать. Почему посуда опять пустая? Раскидай! Короче: вот тут, у самого виска, пуля чиркнула. Ну да второго шанса я ему не оставил. Подскочил, вырубил и пистолет забрал.

— Димасик, ты просто прелесть!

— Погоди, Зиночка, это еще не конец истории.

— Ка-ак?

— А вот та-ак! Гляжу, из кустов еще трое поперли. Их там, оказывается, целая диверсионная группа была.

— О Господи! Жуть какая!

Здесь, не удержавшись, Юрка хмыкнул. Вышло довольно громко, так что "пиджак" услышал, обернулся и грозно уперся в него своими белыми глазами. Сдерживая смех, Юрка клятвенно сложил ладони домиком: мол, прошу пардона, молчу-молчу, продолжайте, очень интересно.

"Пиджак" побуравил его недобро-пьяным, затуманенным взглядом, а затем вернулся в исходное положение и продолжил:

— Но теперь-то я был с оружием. А потому решил: не-ет, шалишь, мы еще повоюем. И вдруг замечаю, что патронов-то в пистолете больше нет. А главное — и они, суки… дамы, прошу пардона!.. это понимают. А потому прут на меня в открытую, уже не таясь.

— И как же ты, бедненький?

— Щас дорасскажу. Только сначала давайте… — Пиджак взялся за фужер, и остальные последовали его примеру. — Предлагаю выпить за…

— За настоящих героев! За вас, мальчики!

— Вот спасибо, Маруся! Уважила!

Компашка шумно чокнулась, и все дружно выпили. Димасику очередная чарка встала колом: он громко рыгнул, с усилием надул щеки и…

…и в последний момент все же справился. Заглотнул и с видимым облегчением выдохнул. Закусывая, захрустел соленым огурцом.

— Димочка! И чем там все закончилось?

— Где?

— Ну, с этими, с диверсантами?

— А! Беру я тогда вальтера за ствол, размахиваюсь и швыряю первому в харю. Попадаю аккурат в нос и буквально слышу хруст сломанных костей.

— Ф-фу… гадость!

— Это не гадость, Зиночка. Это жизнь. Ну а сам падаю в ноги второму. Заваливаю его на землю, хватаю за горло и начинаю душить. Все едино, думаю, всех живыми не доставить. Возьму главного, и шут с ними — с остальными. Так в итоге и поступил. Хотя тот, который со сломанным носом, потом сапоги мне лизал. Умолял, чтобы я его, вражину, не кончал. Ага, щас! Собаке собачья смерть.

— Кошмар какой! Просто с ума сойти можно!

— Это точно! — не выдержав, предельно отчетливо брякнул Юрка. И вся компания синхронно повернулась на его голос.

— Ты чего щас сказал?

— Извините. Случайно вырвалось.

— Не нравится мне твоя улыбочка, сынок!

— Димочка, успокойся. Не приставай к солдатику!

— Вот-вот. Я вообще не понимаю, что этот солдатик здесь делает? Комендатура, блин, совсем мышей не ловит.

"Пиджак" встал из-за стола и, пошатываясь, подошел к Юрке.

— У тебя проблемы, сынок?

— У меня? Нет… батя. Это, похоже, у вас при задержании проблемы возникли. Кстати, а куда третий делся?

— К-к-какой третий? — не врубился "Пиджак".

— Вы же сами сейчас рассказывали, что на вас трое поперли. Из кустов.

Теперь уже в голос заржал второй штатский — который Семен. С чувством юмора оказался, оценил шутку. Но этот его хохот окончательно вывел из себя его приятеля:

— Ты, парень, похоже, неприятностей на голову ищешь? Так я могу устроить. На раз-два.

"Пиджак" сделал еще один шаг, от которого его повело-качнуло. Дабы удержать равновесие, он оперся о край Юркиного стола, отчего стакан с компотом опрокинулся и содержимое вылилось парню на штаны. Аккурат на "неудобное место". Юрка вскочил, схватил салфетку и начал затирать двусмысленное мокрое пятно.

— Видали? — заржал "Пиджак". — Солдатик-то обоссался со страху!

А вот это он зря. После столь обидных слов башку у Юрки снесло окончательно, и он, не задумываясь, несильно, но точечно заслал обидчику в ухо. Ну да пьяному и этого оказалось достаточно, чтобы отлететь на пару метров и приземлиться спиной на соседний столик.

Дамы в унисон завизжали, а тот, который Семен, бросился на Юрку с намерением поквитаться. И — понеслось…

— …Дальше всё как обычно. Шик, блеск, тру-ля-ля. Обедавшие в ресторане офицеры увидели, как гражданский накинулся на парня в форме и, понятное дело, посчитали долгом вступиться. Кто-то по ходу дела под горячую руку попался. Туда-сюда. Шум, возня, битье посуды, свисток заполошенный.

— М-да… Вот и покушал. С ножом и вилкой. Юный, блин, эстет.

— Всех троих доставили в ближайшее отделение милиции. Там изучили документы, поняли, что связываться себе дороже, и вызвали: за Алексеевым — патруль комендатуры, а за нашими — ответственного с Литейного.

— Так это что? Госбезопасность с дамами гуляла?

— В том-то и дело, Володя. Такое вот роковое стечение обстоятельств. А потом и часа не прошло, как они, обстоятельства, еще роковее стали…

В ожидании вызванных для разбора полетов отцов-командиров троица ресторанных дебоширов коротала время на лавке в предбаннике милицейского околотка. Под приглядом сидящего за своей конторкой дежурного.