Виктор рассказывает, как дружно электрики провели ревизию насосной станции, как ремонтировали двигатели отопления — трудная зима прошла без сюрпризов. А еще монтаж линий, оборудование сеялок... На технику приходит электронная «начинка», так что его профессия — самая-самая перспективная. Любая работа — всегда сначала загадка для головы, а после задача для рук. Дело свое сам выбрал и ни на какое не променяет.
Да и коллектив сложился отличный. Много молодежи. Виктора выбрали электрики своим комсоргом. Старается относиться к своим обязанностям неформально, и это очень даже интересно.
Мне не надо было спрашивать, чем Виктор увлечен еще, кроме работы. Музыкой! Конечно же, музыкой! Кстати, я вспомнила, что видела его на концерте, на отчетном собрании — он выступал в составе вокально-инструментального ансамбля.
Виктор, как и многие его сверстники, одновременно с общеобразовательной школой окончил в Бессоновке и музыкальную.
— Говорят, есть некоторые способности, была даже проблема: не пойти ли в музучилище, — рассказывает Чурсин.
Выбрал профессию «обычную», но музыка не ушла.
— Виктор, есть возможность не только слышать, но и видеть то, что хочется? Здесь?
— Ну, как у всех. Что-то видишь. Чего-то — нет.
Виктор перечисляет концерты, на какие колхоз закупал билеты и возил бессоновцев в Белгород и Харьков. Пугачева и Ротару, Боярский и Жанна Бичевская, Лещенко, «Самоцветы», «Земляне»...
Но главное для Виктора — это иметь возможность самому играть. А эта возможность есть.
— Вы видели нашу технику во Дворце? — спрашивает он.
Сознаюсь, что не очень понимаю. Тогда он мне пытается объяснить, чем хороша стереосистема «Регент» и для чего нужна еще другая — «Венец». И как это здорово, что колхоз приобрел современный электроорган, который стоит восемь тысяч.
Виктор подобрал в ансамбль ребят из школы (большинство из седьмого фортепьянного класса), и вот все свободное время проводят в репетициях.
— Без этого, кажется, просто не мог бы жить.
Я шла в гостиницу по синему ночному снегу. От дома Виктора она близко. Не успела толком глотнуть зимнего воздуха, задержалась у двери — подышать перед сном и подумать.
Над головой забытое звездное небо. Луна в радужных, «морозных» кольцах.
И мысли идут ясные, отчетливые.
Правы учителя, прав председатель: коли появилась возможность дать людям прекрасное, приблизить его — надо это делать. Не стоит бояться, что все возомнят себя Моцартами. Духовные порывы гигантской силы — редкость.
А художественное воспитание сказывается прежде всего в сфере быта, как у Любы Бовди. Разве это не творчество — сделать свой дом нестандартным, удобным, красивым?
Ни Люба, ни Виктор не будут жить как придется, не потерпят бытового бескультурья у себя дома, в своей семье.
А разве не отразится это на качестве труда?
Вспомнился Виктор. Высокий, в толстом шерстяном светлом свитере, с хорошим и умным лицом. Такой «качественно» живет — и в работе он должен быть вдумчивым, обязательным, собранным. Такому всегда можно доверить самое сложное дело — сделает по «законам красоты».
Значит, не зря она действует, школа искусств. Значит, нужна здесь.
Так уж вышло, что этот день до предела заострил одну из важнейших проблем воспитания — проблему реализации творческого начала в человеке. И он же подсказал пути ее решения.
Сначала я встретилась с девочками, осваивающими специальность свиноводов — массовую животноводческую профессию, столь нужную в Бессоновке и соответствующую профилю хозяйства.
Все было примерно так же, как с поездкой на молочную ферму. Снова бригадный автобус, снова фигурки, стекающиеся к нему поутру со всех сторон села. Но на сей раз мои спутницы — десятиклассницы. Видно, год в эту пору стоит многих. Трудный возраст совсем позади, девушки серьезны, просты, открыты. Взрослые люди. Две подруги, как я узнала, уже создали семьи, вышли замуж. Дружно сели в автобус, затянули песни — их много, общих и туристских, и местного сочинения, и тех, что разучиваются в хоре.
Занимались десятиклассницы интенсивно, не тратя времени на разговоры. А после не спешили по домам.
Говорить с ними было просто, легко.
Беседа шла в классе, после того как мы вернулись из цеха воспроизводства.
Свинокомплекс на меня произвел впечатление куда большее, чем молочно-товарная ферма. Та напоминала виденные раньше. А здесь...
