Длигач в два прыжка оказался рядом и с криком “Фу, фу!” с трудом оттащил Дейка от Ларионовой.
– Стоп! – огорченно крикнул Туманов. – Что вы делаете? Михаил Давидович, вы же испортили мне кадр!
– В чем дело? – удивился Длигач.
– Как в чем дело? Мы не вас должны снимать. Нам важно показать, как собака грызет Ларионову, а вы вбегаете в кадр.
– Но я иначе не могу, – ответил Длигач. – Я за ее жизнь отвечаю.
– Ну пусть хоть чуть-чуть, хоть немножко Дейк покусает, погрызет! А уж потом вы будете его оттаскивать. Ну хотя бы на две-три секунды позже вбегайте в кадр, – умолял Туманов.
Решили снять еще дубль. Опять все замерли. И опять Дейк по команде Длигача бросился на актрису. Но хозяин снова не выдержал и раньше времени вбежал в кадр.
И второй дубль оказался испорченным.
Объявили короткий перерыв. Ко мне подошел Туманов.
– У меня к вам огромная просьба, – сказал он тихо. – Как только собака бросится на Ларионову, умоляю вас, хватайте Длигача за полушубок и секунды три его подержите. Сосчитайте: раз, два, три – и только тогда отпускайте.
Приготовились к съемке.
– Мотор! – прозвучала команда. Дейк бросился, актриса выставила вперед руку, и пес вцепился в нее. Я в это время схватил сзади Длигача за полушубок и держал что есть силы. А он, хотя с виду и тщедушный, развернулся и ударил меня в скулу, да так сильно, что я упал в снег. Так сняли этот кадр…».
9–10 марта Никулин не снимался – за него работали его коллеги.
Юрий Никулин и Дейк – главные герои фильма «Ко мне, Мухтар!»
11 марта на студии, в декорации «Питомник», снимали эпизод, где Колесова плачет и жалуется на Мухтара начальнику питомника майору Сергею Прокофьевичу Билибину (Владимир Емельянов).
12 марта съемочная группа выехала на Внуковское шоссе, где в декорации «Питомник» продолжили съемку с участием Никулина, Ларионовой, Емельянова и Леонида Кмита (это его первый выход перед камерой в этом фильме).
13 марта на том же шоссе снимали все тех же актеров. Затем три дня был перерыв в работе.
Юрий Никулин вспоминает:
«…Дейк ко мне постепенно привык, его приводили в павильон. По ходу сцены я сидел за столом, а Михаил Длигач говорил Дейку:
– Сидеть с Юрой.
Пес подходил ко мне и садился рядом.
– Пусть он посидит с тобой, – говорил Длигач. – Неважно, что он не снимается. Вам необходимо привыкнуть друг к другу. Дейк запомнит твой запах, постепенно будет считать тебя своим. Ведь вам во многих сценах придется быть рядом.
Во время обеденного перерыва собака пошла вместе с нами в столовую. Я ел, а она сидела рядом.
К вечеру Длигач сказал:
– Завтра принеси пару сосисочек.
На другой день я вошел вместе с Длигачем в специальную комнату, где находился Дейк. Он увидел меня и зарычал.
– Сидеть, – сказал Длигач. – Юра, вынь сосиски и дай мне.
Я протянул сосиски хозяину. Он передал их собаке. Дейк стал есть.
