Ястребова сообщила номера, и обе дочери в разговоре со Следовым подтвердили слова матери.
– Теперь ты заешь, что по этому делу у меня конфликт интересов. Что думаешь делать дальше? – спросила напарница.
– Будем вместе продолжать расследование, – уверенно сказал Следов.
– Спасибо. Для меня это очень важно. И раз мы всё прояснил, то я всё-таки хочу дозвониться до бывшей жены Давида. Может она нам сообщит что-нибудь интересное, что даст нам новый толчок в расследовании.
Сев в автомобиль, коллеги отправились назад в город.
Остановившись на перекрёстке в левом ряду перед светофором с запрещающим сигналом, Следов увидел знакомую Alfa Romeo, стоящую в среднем ряду перед «стоп-линией» на стороне дороги, предназначенной для встречного движения.
– Слушай, – обратился он к напарнице, – мне нужно по одному очень важному делу скрытно проследить за этим красным итальянским седаном. Поможешь?
– Разумеется. Вон тот в среднем ряду?
– Да.
Когда включился зелёный сигнал светофора, внедорожник выехал на перекрёсток, развернулся и последовал вслед за седаном на некотором удалении. Так они покатались несколько кварталов. Впереди у следующего перекрёстка на светофоре включился красный свет, и «Прадик», следовавший за Alfa Romeo, был вынужден остановиться в нескольких метрах прямо за седаном, так как разделявший их автомобиль перестроился в соседний левый ряд. Итальянское авто снова стояло первым у светофора.
– Чёрт, она нас так заметит, – сказал Следов, всматриваясь в заднее тонированное стекло седана.
– Она? Мы следим за женщиной?
– За девушкой. Она приезжала к нам в отделение по делам. А я не смог её разглядеть из окна во время совещания у Николая Фёдоровича. Я надеюсь, что девушка где-нибудь припаркуется и когда выйдет из машины, я её рассмотрю.
– Ну ты даёшь. Я думала, мы отрабатываем ориентировку по этому автомобилю, а ты за тёлкой гоняешься. Лучше пробей номера авто по базе.
– Точно, – сказал Следов, достал смартфон и сфотографировал госномер.
Вдруг Alfa Romeo несколько раз моргнула «аварийкой» и, сорвавшись с места на запрещающий сигнал светофора, рванула на перекрёстке направо, скрывшись в потоке машин.
– Она нас вычислила, – сказала Ястребова.
– Да я уж догадался.
– Ну что, любовничек, есть ещё девахи для слежки или домой тебя отвезти?
– Очень смешно, вези домой, – раздосадовано сказал Следов.
19:20. Зазвонил смартфон в квартире Следова, когда он готовил сырники на кухне.
– Слушаю, – ответил он Ястребовой.
– Не стала тебя беспокоить и проверила сама информацию о местоположении мобильника бывшей жены Крепковича по своим каналам. Последние данные о биллинге телефона были 4 месяца назад около дома Давида в Монаково. Затем я созвонилась с её дочерью. Наоми сказала, что у матери те же 4 месяца уже новый номер, и с ней она общается только по воскресеньям с помощью мессенджера при помощи текстовых сообщений. После я пробила и этот номер. Как думаешь – где находился телефон?
– Она никуда не уезжала.
– Ты прав. Телефон почти всё время находился в Москве, и номер тоже местный. Обычно люди, когда переезжают в другую страну, берут симку местного оператора, чтоб меньше тратить на связь.
– Всё это выглядит подозрительно.
– А самое интересное, что в день приезда разыскиваемого нами микроавтобуса к дому Давида, был контакт телефона Тамары Крепкович с рядом расположенной сотовой базовой станцией. Однако сейчас связи с ним нет. Наши ИТ-специалисты обещали прислать информацию по этому номеру за последние 4 месяца.
– Думаешь, она устранила Тернову?
– Тамара сейчас главная подозреваемая.
– Какой мотив?
– Может ревность, может ещё что. В общем, надо её найти и допросить. Ладно, не буду тебя больше отвлекать. Пока.
– Давай.
Следов задумался над новой информацией, из-за чего сырники на сковородке начали подгорать.
– Чёрт, – выругался он, поднял крышку со сковороды и начал переворачивать сырники на другую сторону.
Понедельник. 10:10. Следов сел в машину Ястребовой.
– У меня отличная новость, – радостно сказала она, когда он пристегнулся ремнём безопасности. – Сегодня рано утром мне скинули биллинг телефона Тамары Крепкович. Как и сказала Наоми, она связывалась с ней каждое воскресенье. И самое интересное – в день убийства её телефон передвигался из частного сектора Яхромы в Московской области к дому Давида. Мы сейчас поедем в этот город.
– Мне придётся сменить твою версию о Тамаре.
– И как же?
– Увлёкшись подозрением её детей, я забыл пробить телефон Лизы Терновой. И сделал это после твоего пятничного звонка. Устройство тоже находилось в Яхроме в день убийства его владельца. Однако было зафиксировано передвижение телефона Терновой и после её смерти. Но как только мы нашли тело, сигнал с её мобильного устройства исчез. Видимо преступник узнал каким-то образом, что спрятанное им тело было найдено.
– Пока не вижу противоречий. Тамара Крепкович была с ней в Яхроме. Возможно, там и совершила преступление. Затем спрятала тело в доме своего бывшего мужа. А если он не захочет возобновить с ней отношения, то она сломает его деловую репутацию скандалом вокруг захоронения на его участке.
