Две недели все Высокое общество обсуждало предстоящее событие и делало ставки на победителя. Оба бойца превосходно владеют клинком, и ставки были примерно равными. Дворянство столицы было в предвкушении красивого зрелища. И вчера бой, наконец, состоялся. И зрелища он не показал. Потому что Долгопрудный одержал убедительную победу меньше чем за две минуты, ранив оппонента в плечо, бедро, и оставив не смертельное рассечение на шее.
Этот бой принес Долгопрудному десятую победу подряд. И в Высоком обществе активно обсуждают, сможет ли кто-нибудь прервать эту череду'.
Я хмыкнул, взглянул на имя репортера, который написал статью. Им оказался мой старый знакомый — Острый Борис.
— Очередной несчастный случай произошел вчера в столице.
Голос диктора вырвал меня из раздумий, и я взглянул на экран, где показывали кадры одного из особняков княжеского острова. Около ворот стояла карета «Скорой Помощи».
— Сегодня утром было рядом с особняком было обнаружено тело князя Шереметьев, — продолжил за кадром голос диктора. — По предварительным данным, он выпал из окна. Основная версия гибели — несчастный случай. В обстоятельствах случившегося разбирается третий отдел охранного отделения жандармерии.
Мы с дядей переглянулись не сговариваясь. А затем я уточнил:
— Кстати, где секретарь нашей семьи?
— Искали меня, Василий Михайлович?
Голос Виктории послышался за спиной и я обернулся. Муромцева стояла в дверях гостиной. Она вошла в комнату со стороны крыла для слуг. Значит, скорее всего, она была на тренировочной площадке.
Девушка прошла в комнату и села за стол. Вопросительно посмотрела на меня, и я покачал головой:
— Просто решил уточнить.
Я продолжил листать страницы, делая вид, что мне интересны статьи желтой прессы.
— Я договорилась о встрече с мастером Дельвигом, как вы и просили, — произнесла Виктория.
— Когда? — уточнил я.
— Сегодня, — ответила девушка. — Через полтора часа.
— Хорошо, — заявил я и сделал глоток чая. Отставил пустую чашку и встал из-за стола.
— Решил вернуться на старую работу? — живо поинтересовался дядя.
— На время. Не хочу делать большой пробел в практике, — произнёс я и направился к лестнице, чтобы собраться к предстоящей встрече с бывшим работодателем.
Машина уже стояла у крыльца, когда я вышел из дома. Я спустился по ступенькам, открыл пассажирскую дверь и сел рядом с Викторией. Произнёс
— Спасибо за то, что поддерживаете легенду.
— Не понимаю, зачем вы скрываете правду, — ответила девушка и повернула ключ зажигания, заводя двигатель. — Думаю, Петр Феликсович будет только рад, если узнает правду.
— Не сейчас, — уклончиво ответил я.
Виктория пожала плечами, но ничего не сказала.
Машина выехала за ворота и свернула на шоссе. Некоторое время мы ехали молча. А затем Виктория произнесла:
— Кстати, чуть не забыла. Вот.
Она открыла бардачок, вынула красное удостоверение и протянула его мне:
— Держите.
— Серое Братство имеет свои документы как отдельное ведомство? — иронично уточнил я, принимая удостоверение.
— Почти, — с улыбкой ответила Виктория. — Братство в основном пользуется чужими привилегиями.
Я открыл документ, прочитал название организации:
— Федор Стрельцов. Шестое отделение охранного ведомства.
С небольшого фото в углу на меня смотрел не примечательный, коротко стриженный парень, который исподлобья пялился в камеру. Фото было не особо качественным, словно его копировали несколько раз.
— Не больно-то похож, — заметил я, рассматривая фото.
— Хватит общего сходства, — отмахнулась девушка. — Название отделения охранного ведомства отобьет всякое любопытство. Главное — уверенно говорить про шестой отдел.
С этим я был полностью согласен. Шестой отдел занимался делами безопасности Империи. Поэтому даже названия отдела хватало, чтобы отбить всяческий интерес к персоне.
— А документы настоящие? — уточнил я, вертя в руках удостоверение.
— Ну, некий Федор Стрельцов действительно числится в шестом отделе, — ответила Виктория. — И печати в удостоверении настоящие. Так что да.
Я кивнул и убрал документ в карман пиджака.
— Ну? С чего начнем? — живо полюбопытствовала Муромцева.
Девушка повернулась ко мне, и я заметил, что ее глаза горят лукавством.
— Что начнем? — не понял я.
Виктория поморщилась, но пояснила:
— Расследование по поводу этого культа.
— А, культ, — вспомнил я. — Сначала нужно решить вопрос с возвращением в лекарню Дельвига.
— Да там уже все схвачено, — отмахнулась Муромцева. — Остались формальности. Надо приехать, поговорить и все. Считайте вы снова работаете.
— Сначала нужно решить вопрос с возвращением в лекарню, — повторил я.
Виктория тяжело вздохнула и покачала головой:
— Не понимаю я вас, Василий Михайлович. Вам выпал шанс стоять на рубеже защиты Империи. А врагов, которые хотят распада страны, у отечества хватает. А вы ставите на первое место работу.
— Кто-то должен помогать людям, — ответил я.
— Миллионы жителей Империи нуждаются в помощи, — горячо возразила девушка. — Потому что, если не мы…
