«Я не хочу говорить такое вслух».
«Раз начал, то говори. К тому же, раз ты знаешь мою тоску, дай и мне её узнать».
«Ты правда хочешь?»
«Сказала же, что хочу, выкладывай».
«Не знаю… но мне кажется, что Андрей не для тебя. Ты устала».
«В смысле? Он ведь мой муж, твой дядя. Как я могу устать от него?»
«Да я глупость сморозил, проехали».
«Нет, не проехали. Начал — заканчивай».
«Ладно. Ты избегаешь с ним близости, это слышно и видно по Андрею. А когда он тебя целует, ты немного, еле так заметно кривишь рот. Непроизвольно, разумеется. Андрей хороший человек, один из лучших, кого я встречал, да и ты согласишься со мной, но он не для тебя. Ты с ним, как комнатное растение. Вы разные. И я говорю это только потому, что ты попросила».
«Да с чего ты!.. С чего ты взял, что у нас нет близости?»
«По мужчине видно».
«Костя, ты несешь бред. Ты это понимаешь?!»
«Пусть будет так. Прости, если обидел».
«Ты! Ты… меня не обидел, просто ошарашил».
«Прости».
«Проехали. Знаешь, скажу тебе честно, ты отчасти прав, наверное. Андрей хороший мужчина, заботливый муж, но чувство всегда такое, будто он далеко. Будто я… да, будто комнатное… наверно…»
Оля обмякла на стуле, что стоял у изголовья кровати Кости. «Действительно, мальчишка то прав…» — Повторял внутренний боязливый голосок.
«Не расстраивайся, всё наладится». — Подал голос Костя, обняв Олю за плечи.
«Как-то просто неожиданно ты сказал то, что я боялась сказать сама себе столько лет».
«Так и бывает. Вроде взгляд со стороны».
«Раз мы выяснили мою тоску. Может, для честности, скажешь теперь свою?»
«Я не думаю, что ты захочешь это услышать».
«Но всё же я хочу».
«Настаиваешь?»
«Да, настаиваю».
«Уверена?»
«Уверена!»
«Точно?»
«Да, точно! Костя, бл!..»
Костя резко вскочил на колени, поцеловав женщину в губы.
«Я люблю тебя. Это и есть моя тоска».
Оля со звериным взглядом оттолкнула Костю.
«Бл, Костя, какого чёрта? Ты же ребёнок! Я ведь тебе мать приёмная, чтоб тебя!»
«Мне двадцать четыре. И ты сама попросила, сама захотела! У нас разница в шесть с половиной лет, и я тебе сразу сказал, что ты мне не мать, и никогда ею не будешь!»
«Ты на моих глазах взрослел!»
«Ты тоже взрослела на моих глазах».
«Короче, Костя… я пошла, а ты подумай над своей детской выходкой».
Оля было направилась к выходу, но Костя схватил её за руку. От такой наглости она влепила ему увесистую пощечину, но он только крепче сжал женщину в объятиях. Он начал лизать ей шею, начал раздевать её, пока она вяло пыталась отбиваться. В какой-то момент рука скользнула Оле в промежность, где Костя нащупал желание. Да. Она хочет его, уже давно, но это неправильно. Грязно! Так не должно быть. У неё есть муж. Она не шлюха какая-то. Да и, в конце концов, Костя — усыновленный сын. И это самый главный факт, который её коробит.
Её сопротивление окончательно сошло на нет. Полуобморочная Оля окончательно сдалась, раскинув руки своим подавляемым чувствам. Она начала отвечать на поцелуи. И вот уже женская энергия раздевает объект желания, облизывая его с ног до головы. Их обнаженные тела танцуют на полу. От наслаждения Оля задыхается, а когда приходит конец сердца, быстро собирает свои вещи, выбегая из комнаты, всё повторяя: «Это неправильно, это неправильно. Больше такого не повторится».
7
Андрей вернулся и всё стало как прежде. Оля кинулась мужу на грудь, поцеловав в щёку. Костя пожал приёмному отцу руку. Семейство село обедать. Только один секрет связывал Костю и Олю невидимой нитью. Они поклялись никогда не рассказывать о своей связи, ни одной живой душе. И хоть Костю такой вариант не устраивал, но деваться ему было некуда.
Этой ночью он слышал её стоны. Фантазия рисовала болезненные образы обнаженного тела в руках человека, к которому он испытывал тёплые и благородные чувства.
Костя всё чаще начал ночевать у друзей, реже попадая на глаза супругов. А в редкие часы, когда Андрея не было дома — он очень искренне любил Олю.
Лето подходило к концу. Ясные дни становились всё короче. Осень вот-вот должна была вступить в свои законные права.
Вечер. Ужин. Три силуэта за столом.
«Послезавтра я уезжаю». — Сказал Костя между дело.
«Отдохнуть куда?» — Поинтересовался Андрей.
«Нет, насовсем. Мне один знакомый написал. У его отца своя дизайнерская студия. Мне предложили работу. Деньги приличные, не могу отказаться».
«А где студия находится, далеко?» — Спокойным голосом спросила Оля, с повисшим, над головою, волнением.
«Далеко».
«Так где именно?»
«Пока секрет. Как буду на месте — напишу вам. Но можете не переживать, буду навещать, по возможности».
«Как-то всё это неожиданно…» — Нашлась Оля, воткнув взгляд в свою тарелку.
«Да, знаю. Но что поделать?»
«Я горжусь тобой, Костя». — Искренне сказал Андрей, сжав руку парня.
«Спасибо. Правда, спасибо вам двоим. Вы мне стали очень близкими людьми. Я думаю, без вас у меня ничего бы не вышло. А так вы стали моим стартом и моим тёплым домом».
Андрей горделиво улыбнулся. До конца ужина больше никто не проронил ни слова.
Ночь. Андрей и Оля лежат в своей постели и тихо разговаривают:
«Как быстро бежит время. Не правда ли, дорогая?»
«Да, очень…»
