Хулио Кортасар
Южное шоссе
Gli automobilisti accaldati sembrano non avere storia... Come realta, un ingorgo automobilistieo impiessiona, ma non ci dice gran che.
Arrigo Benedetti, L'Espresso, Roma, 21, б, 1964 .
Вначале девушка из "дофина" утверждала, что следит за временем, хотя инженера из "пежо-404" это уже не трогало. Глядеть на часы дело нехитрое, но время, прикрепленное к правому запястью, или радиосигналы "би-би" словно отмеряли что-то иное, время тех людей, которые не поддались идиотскому желанию возвращаться в Париж по южному шоссе в воскресенье вечером и которые не были вынуждены, едва миновав Фонтенбло, еле-еле ползти, то и дело останавливаясь, - шесть рядов на каждой стороне дороги (как известно, по воскресеньям шоссе целиком предоставляется возвращающимся в столицу), - включишь мотор, продвинешься на два-три метра, вновь остановишься, поболтаешь с монахинями, машина которых стоит справа, с девушкой в "дофине" - слева, бросишь взгляд через заднее стекло на бледного мужчину за рулем "каравеллы", шутливо выразишь свою зависть супружеской паре из "пежо-203" (позади "дофина"), которая хлопочет над своей девочкой, играет с ней, забавляет и жует сыр, терпишь иногда дикие выходки двух желторотых юнцов из "симки", двигающейся впереди "пежо-404", а во время остановок даже выходишь на разведку, не слишком удаляясь от машины, ибо никогда не узнаешь, в какой момент передние машины возобновят движение, - беги тогда во всю прыть, чтобы соседи сзади не подняли шум, сигналя и бранясь, и так доберешься до "таунуса", что впереди "дофина", в котором девушка то и дело поглядывает на часы, 'перекинешься словом иногда весело, а порой и досадливо - с двумя мужчинами, с которыми едет белокурый мальчик, несмотря ни на что с великим удовольствием катающий игрушечный автомобиль по сиденьям и буферу "таунуса"; можно рискнуть отойти подальше, если увидишь, что передние машины стоят намертво, бросить жалостливый взгляд на старых супругов из "ситроена", похожего на гигантскую фиолетовую ванну, в которой плавают оба старичка, он - держа руки на руле, с выражением терпеливой усталости, она - грызя яблоко, скорее со старанием, чем с охотой.
Это повторялось трижды, и на четвертый раз инженер решил больше не выходить из машины и ждать, когда в конце концов пробка рассосется. Августовский жар скапливался в этот час дня где-то на уровне шин, словно для того, чтобы неподвижность еще больше взвинчивала нервы. Все пропахло бензином, над машинами взлетали крикливые голоса молодых людей из "симки", солнце отражалось в стеклах и хромированных частях автомобилей, и в довершение всего - росло нелепое, странное чувство, будто ты погребен в этом густом лесу машин, которым полагалось бы мчаться вперед.
Принадлежавший инженеру "четыреста четвертый" располагался во втором ряду справа, если считать от линии, разделяющей автостраду пополам; таким образом, справа от него находилось еще четыре машины, а слева еще семь, хотя, по сути дела, разглядеть как следует можно было лишь восемь непосредственно окружавших его машин и их пассажиров, на которых он уже насмотрелся до одури. Он успел переговорить со всеми, кроме молодых владельцев "симки", внушавших ему неприязнь.
Положение обсуждали в мельчайших подробностях, и у всех возникло впечатление, что до Корбей-Эссона придется продвигаться шажком или еще того медленнее, а между Корбей и Жювизи ритм начнет убыстряться, как только вертолетам и мотоциклистам удастся ликвидировать самое трудное место в пробке. Никто не сомневался, что затор вызван тяжелой катастрофой где-нибудь неподалеку - во всяком случае, трудно было найти иное объяснение столь невероятной медлительности. И тут же - правительство, жара, налоги, дорожное управление, банальности одна за другой, на три метра продвинулись, очередная банальность, еще сто метров, поучение или сдержанная брань.
Две монахини торопились попасть в Милли-ля-Форэ до восьми - они везли в своем "2НР" корзину овощей и другой зелени для кухни.
Супруги из "пежо-203" больше всего боялись пропустить телевизионную игру, которую передают в половине десятого; девушка за рулем "дофина" сказала инженеру, что ей все равно, приедет ли она в Париж раньше или позже, но она возмущается из принципа, так как считает безобразием заставлять тысячи людей двигаться со скоростью каравана верблюдов. В эти последние часы (было, должно быть, около пяти, но солнце все еще подвергало их невыносимой пытке), они, по мнению инженера, проехали несколько сотен метров, но один из пассажиров "таунуса", который подошел перекинуться словом, ведя за руку мальчика с игрушечным автомобилем, иронически улыбаясь, указал на верхушку одинокого платана, и девушка из "дофина"
вспомнила, что этот платан (или, может быть, каштан) находится на одной линии с ее машиной уже столько времени, что не стоило глядеть на часы и ломать голову над бесполезными подсчетами.
