– Я что позвал-то тебя, командир, – начал главный разведчик бригады, – На вот этом-то понятно, и «клейма ставить негде», все руки у него в крови от невинных жертв. Он и сам лично людей убивать любил, зачастую на потеху себе да атаману, и других на такой же кровавый путь наставлял. Но вот кое-что он всё-таки нам интересного поведал, пока мы тут мило с ним беседовали, вот за этими самыми кустиками.
– В ватаге у них был человек, который около года назад сбежал из той самой «призрачной» банды таинственного атамана Гридня, о котором даже следов никаких не остаётся, зато торговые ладьи пропадают бесследно на реке Ловати и в её притоках. Да вот он сам и повторит всё тебе, Иванович!
– Повторишь ведь моему командиру, самому сотнику Обережной сотни, всё то, что ты только что про Гридня нам пел, а?! – и он наклонился к рыжему.
Лоб Рыжуна покрылся бисером пота, и он быстро-быстро закивал головой.
– Всё-всё скажу, всё, что знаю господин!
Из торопливого рассказа пленного вырисовывалась следующая картина.
Гридень, зрелый уже мужчина, сам был из бывших княжьих дружинников, занимая какую-то воинскую должность у ратных.
«Что-то там случилось у него неприятного на службе, и он с частью своих людей покинул своего князя да обосновался где-то возле городка Холм. Городок же этот стоял на пересечении рек Ловати, Куньи и прочих водных путей, что шли к главным волокам с севера на юг. И миновать эти «речные ворота» не один торговый караван не мог. Вот и била выборочно ватага Гридня такие небольшие караваны да отдельные ладьи, что представляли ему интерес.
Свидетелей своего разбоя он не оставлял, действовал сам крайне осмотрительно и чётко, вот и не было по нему серьёзных зацепок, а люди тем не менее гибли и пропадали. Был бы живым тот перебежчик, всё бы было просто. Рассказал бы у Варуна всё как миленький, и про место логова ватаги, и про состав банды, да про всё её вооружение и секреты. Но был он убит в той первой шестёрке разбойников, что положили из самострелов рядом с Рыжуном в самом начале, и теперь вот оставалось довольствоваться только той информацией, что осталась у подручного атамана «медведей», да продумывать план его уничтожения, исходя только из того, что брать его было нужно у городка Холм.
Поэтому опять полночи горели светильники в штабной палатке, а оттуда слышались голоса командиров, обсуждающие планы дальнейших действий.
Итогом же обсуждения стало следующее решение.
Малой ладье с десятком разведки под командованьем Варуна выдвигаться к городу Холм, где в течение четырёх дней до восемнадцатого августа провести тщательную, глубокую разведку. Было необходимо собрать любую информацию о ватаге Гридня или вообще обо всех боевых ладьях и их командах, что только есть в окрестностях этого города.
Так же предстояло распустить слухи на местном городском торге, на пристани да в ладейных артелях, что сами занимались строительством новых судов и ремонтировали получившие какие-либо повреждения.
Слухи же должны быть такими.
Богатый купец Тимофей попал на волоке в засаду к «медвежьей» ватаге. Одну ладью ему пришлось там бросить. Сам же он, с самой богатой частью товара, имея на борту раненых и поредевшую команду, хочет поскорее провести срочный ремонт и уже дальше двигаться к Великому Новгороду. А за всё это он готов платить большие деньги, потому что уж больно товар у него богатый, такой, что о стоимости ремонта, даже печали нет, лишь бы поскорее всё поправить и дальше плыть.
Восемнадцатого августа действительно в Холм прибудет та самая ладья с купцом и его семьёй, где будет тот самый дорогой товар, семеро реальных раненых воинов ну и совсем немного людей из охраны.
После малого ремонта ладья затемно, ранним утром девятнадцатого августа, должна будет отойти от пристани, и тут на её борт в тайном да удобном месте взойдут три полных взвода Обережной сотни, укрывшись до поры в трюме.
Ну а дальше, как говорится, будет настоящий сюрприз для речных пиратов. Лишь бы они только клюнули на такую приманку.
– Обязательно клюнут! – сказал Варун и сплюнул через левое плечо, чтобы не сглазить.
– Должны клюнуть, – подтвердил офицерский совет, и тоже сплюнули каждый по три раза.
– Ну что за суеверия! – проворчал Сотник и точно так же поплевал.
Примета, однако!
Продолжим!
– Нам тут за эти три-четыре дня придётся хорошо поработать. Выбираем всю добычу разбойников из их логовищ. Грузим на отбитые у них ладьи и волоками, в темпе, перетаскиваем всё к Ловати. Там же уже своим сплавом ночною порой уходим за Холм и до времени хоронимся. Ну, а дальше уже и будет задействована та первая часть плана с ловушкой для столь неуловимого Гридня.
