Узкие улочки курорта были заполнены машинами. Если бы не запах моря, то можно было подумать, что находишься в обычном районном центре в час пик. Городок не блистал историческими достопримечательностями. Обычные жилые дома, дворики, деревья и люди. Западная часть города была наполнена советской атмосферой. Но южная его часть утопала в отелях, пансионатах и дорогих частных домах. Весь шик курортной жизни сосредоточился вдоль побережья.
Александру Петровичу на секунду захотелось высунуться в окно по пояс и, развевая усы на ветру, закричать что есть мочи. Он был так счастлив, что его душа уже давно танцевала ламбаду, а тело сдерживали лишь рамки приличия.
– Эге-гей, – не выдержав, прокричал он, – покажем румынам нашу казацкую удаль!
Все дружно засмеялись.
Машина подъехала к огороженному белым металлическим забором двухэтажному зданию. Парковка была предназначена исключительно для постояльцев пансионата, поэтому Иван Сергеевич в три счёта нашёл место.
– Превосходное строение! – полковник вышел из машины так активно потягиваясь, что было слышно, как хрустят все его косточки.
Выгрузив сумки из багажника, мужчины направились в сторону здания. Лицевая часть пансионата выходила на море. Прямо от дверей шла узкая деревянная дорожка, похожая на мостик, стелящийся по земле. Её длина составляла метров тридцать, а конец утопал прямо в море.
– Рукой падать, в прямом смысле, – полковник вытянул руку, визуально отмеряя расстояние. Он уже мысленно распаковал вещи, надел плавки и с головой окунулся в воду Чёрного моря.
– Такой маленький отель, – заметила Алла Владимировна, – выглядит очень уютно.
– Тут всего девять номеров. Это очень хороший пансионат. Здесь часто останавливаются бизнесмены и знаменитости. Его преимущество в том, что он расположен в самой чистой части побережья. При этом здесь практически нет людей, как рядом с большими отелями.
– В таких местах чувствуешь себя сваренным пельменем, лежащим в маленькой кастрюле, а сверху и по сторонам вплотную к тебе лежат ещё пятьдесят таких же варёных пельменей!
– Саша, ты что, проголодался? – с улыбкой на лице спросила Алла Владимировна.
– Я бы не отказался! – полковник облизнулся так, что кончики усов намокли.
– Сейчас заселимся и сразу опробуем местную кухню. Здесь, кстати, ол инклюзив! Так что у тебя будет выбор, чем наполнить свой живот, – Иван Сергеевич ласково постучал по выпирающему животу полковника.
– Ол клюза? Это ещё что? Изыски местной кухни?
Алла Владимировна, переглянувшись с Иваном Сергеевичем, громко рассмеялись.
– Ну, Саша, ты и деревня!
– Что не так? – полковник растеряно смотрел по сторонам.
– Ол инклюзив – это значит, что тебе не придётся платить за обед, всё уже включено в стоимость проживания. Плюс шведский стол – в ресторане представлено несколько вариантов блюд и ты сам можешь выбрать то, что тебе по душе.
– Класс! – полковник в предвкушении потёр руки. – И то, о чём я подумал, тоже бесплатно? – он спросил тихо, чтобы супруга не услышала.
– Да, сколько захочешь, – рассмеялся Автушко.
– Тогда чего же мы ждём? Нам пора подкрепиться! Если честно, то мне действительно нужно похмелиться, у меня раскалывается голова.
– Ещё бы!
– Я в этом смысле действую как гомеопат.
– Это как?
– Лечу подобное подобным.
Мужчины рассмеялись и, подхватив чемоданы, вошли в отель.
Пансионат был оформлен в классическом стиле. Никаких лишних деталей, всё для удобства посетителей. В таком месте человек мог действительно расслабиться и сосредоточиться исключительно на разговоре с собой и морем. Стены, полы, занавески на окнах и даже диваны в холле были в светло-бежевых или белых тонах. На полах в коридорах и лестнице были застелены кремовые ковры.
Александр Петрович растерялся, когда увидел, что под ногами лежит ковёр лучше, чем у него дома. Его глаза метались по полу в поиске путей обхода этой красоты. Он боялся, что, наступив на него, оставит грязный след. Виноградов сразу же вспомнил шикарный красный ковёр, расстеленный на лестнице в Министерстве. Указателя или таблички «Ходить запрещено» нигде не было, но все сотрудники боялись ступить на него и поэтому обходили по узким краям лестницы.
Иван Сергеевич уловил волнение друга.
– Расслабься, – он похлопал его по плечу. – Ты не на службе.
– И то правда, – полковник решительно поставил ногу на ковёр, предварительно вытерев подошвы кроссовок о резиновый коврик при входе.
– Алла, смотри, какая мебель! Алла, смотри, какой диван! – полковник метался от одного предмета мебели к другому, не переставая восхищаться интерьером. – Алла, смотри, какая кровать! – полковник с разгона плюхнулся на широкое ложе. От неожиданного падения ста десяти килограмм, матрас на секунду превратился в батут.
Алла Владимировна стояла возле двери, окружённая чемоданами, и с улыбкой наблюдала за мужем.
– Детский сад! – сказала она. – Разбирай вещи!
Но Виноградов не слышал её. Он уже ураганом пронёсся по второй комнате, заглянул в ванную и уборную и остановился лишь возле холодильника.
