— Саша, мы должны говорить правду! Я говорю только то, что знаю.
Александра в недоумении смотрела на подругу.
— Итак, значит выпивала, — офицер сделал пометку в блокноте. — А она могла в подобном состоянии полезть в воду?
— Да. Она частенько так делала. Мы ей постоянно говорили, что это опасно, но она нас не слушала.
— Мне нужны контактные данные её родных.
— У неё никого нет, как и у всех нас. Мы сироты, выросли в детдоме.
— Ну, тогда её паспортные данные и ваши с подругой координаты. Мы вам сообщим, как только будут готовы результаты вскрытия. И ещё вопрос. Насколько мне известно, вы отдыхаете в компании троих мужчин. Я должен лично побеседовать с ними.
— А откуда вам это известно? — Виктория приподняла брови.
— Ваш сосед, — он снова открыл блокнот, — Виноградов сообщил нам об этом, — он показал рукой в сторону полковника, который всё это время тихо стоял за спиной офицера.
— Ах, сосед! Уважаемый сосед не в курсе наших взаимоотношений. Эти мужчины просто приятели. Мы познакомились здесь, в пансионате, и они любезно предложили нам свою компанию.
— И всё же…
— И всё же я думаю, вам не стоит их беспокоить. Они не имеют к этому делу никакого отношения. Вчера вечером Женя проводила время не с ними, а с каким-то молодым человеком. К сожалению, нам о нём, как я уже говорила, ничего не известно.
Офицер записал данные девушек и, задав ещё несколько протокольных вопросов, отпустил их. Через пятнадцать минут пляж опустел. Тело девушки забрала скорая помощь, и любопытные зеваки растворились в считанные секунды.
Александр Петрович стоял возле отеля и курил. Он тщательно обдумывал произошедшее. В этой истории его смутило поведение девушек, точнее, решительность и хладнокровие одной, и ужас в глазах другой. Полковник был уверен, что Виктория лгала. Он внимательно изучал лицо Александры, когда офицер спросил об алкоголе. Она пришла в негодование, услышав ответ подруги, но та заставила её молчать. Он в этом не сомневался.
— Мужчина, а вас не учили не совать свой нос в чужие дела? Или вы свечку по ночам держите? — Виктория с вызовом смотрела на Виноградова.
— Простите, дамы, но я не совсем понимаю, о чём вы говорите.
— Я говорю о том, что вы лезете не в своё дело! Зачем вы сказали полиции, что эти трое с нами?
— Хочу скорее разубедить вас. Я ни в коем случае не хотел скомпрометировать или обидеть вас. Просто сообщил офицеру, что видел погибшую в вашей компании. Я сделал это для того, чтобы он смог установить личность девушки и не более.
Виктория прикурила сигарету. Она продолжала глазами метать в полковника молнии.
— Поверьте мне, как бывшему милиционеру.
— Вы мент?
Полковник подавился дымом и закашлял.
— Я сотрудник милиции. Точнее, бывший. К сожалению или к счастью, уже два года как на пенсии.
— Ясно, — она ухмыльнулась.
Полковник потушил окурок и уже собрался уходить, но в дверях обернулся и добавил:
— Странно, но смерть вашей подруги волнует вас гораздо меньше, чем то, с кем вы коротаете вечера. Хм, — он провёл пальцами по усам.
— Не ваше дело, — огрызнулась Виктория. — Мусор, — добавила она, когда полковник скрылся в дверях гостиницы.
— Вика, зачем ты так? — Саша стояла за её спиной и нервно курила.
— Терпеть не могу ментов!
— Зачем ты наврала про Женю? Она же вообще не пила!
— Затем. Если бы я этого не сказала, у полиции возникли бы вопросы!
— Они и так возникнут! Как ты не понимаешь, это же наш шанс!
— Какой шанс? Вернуться на улицу?
— Вернуться домой! — она давилась слезами. — А если это он? А что, если я следующая? — Саша закрыла рот ладонью.
— Даже если это и он, мы будем молчать! Иначе и тебя, и меня скормят на обед акулам! Поняла? Так что закрой рот и во всём слушай меня.
— Хорошо, — Саша вытерла слёзы рукавом халата.
— Пошли, — она потушила окурок об урну, — нам следует привести себя в порядок. Или ты хочешь снова его разозлить?
— Нет, — еле слышно сказала она и, запахнув посильнее халат, растворилась в дверях отеля.
— Какой кошмар! — Алла Владимировна сделала глоток горячего капучино. — И что ты думаешь по этому поводу?
Александр Петрович сидел за столиком летнего кафе на берегу моря и завтракал в компании жены и друзей. Он только что в подробностях рассказал им об утреннем инциденте. Все, не отрываясь, слушали.
— Слушай, сыщик, с тобой не соскучишься! — Иван Сергеевич был шокирован новостью. — Ты думаешь, это убийство?
— Я не знаю, но, как я уже говорил, эта Виктория определённо что-то скрывает!
— Ещё и хамка какая! — Алле Владимировне было искреннее обидно за супруга. — Вы только вспомните, как вызывающе они вели себя позавчера во время обеда и ужина! Одна из них практически обглодала лицо, как она сказала, нового приятеля своими силиконовыми губами.
Все удивлённо посмотрели на Аллу Владимировну и засмеялись.
— Может, они девушки лёгкого поведения?
— Я об этом тоже подумал. Их поведение и внешность громко заявляют об этом.
— Это как? — Зоя Владимировна приподняла бровь.
