Ив Сен-Лоран полностью

Он слушал песню «Удержи ночь» в исполнении Джонни Холлидея и «Сломанную куклу», рисуя в своей ванной, которую он переделал в кабинет. Он также превратил свою комнату в примерочную. Пьер Берже рассказывал: «Сколько раз я видел в квартире на площади Вобан, как Ив часами лежал на кровати. Это называлось: Ив за своей ширмой». Кого пресса прозвала в 1960 году «Джонни Холлидеем Высокой моды» из-за его кожаных курток, вел себя совсем не как рокер, а скорее как ребенок, игравший в диву, или дива, делавшая вид, что она ребенок. Он был так похож на персонаж какого-нибудь романа, что Мисима[313] отвел ему большой фрагмент в своей книге «Школа плоти», опубликованной в 1963 году, где Ив Сен-Лоран представлял в Токио свою коллекцию и подписывал контракты на эксклюзивное производство моделей с Сейбу. «Вечером 10 апреля должно было состояться благотворительное дефиле Ива Сен-Лорана, где модельер, чья слава уже поднималась до небес в мире парижской моды, представит свою коллекцию. Таэко решила появиться в первый раз на публике в сопровождении Сенкичи». Напряжение нарастало. «Ставки сделаны! Сен-Лоран наконец-то пришел в себя, но теперь он плачет, как ребенок! Треть коллекции еще не прошла таможню, а Ханеда не так близко». Из-за «большой усталости господина Сен-Лорана и разных хлопот» дефиле задерживается. В конце концов оно началось, и Мисима пишет: «Первая манекенщица беспечно проходит перед золочеными ширмами — речь об Аре, знаменитой манекенщице из Vogue, женщине средних лет азиатского происхождения, чьи накладные ресницы были нарочно наклеены далеко от глаз, она одета в темно-синий костюм и под ним белый пикейный корсаж. Было уже больше девяти (…). Ара — точно испарение, казалось, она шествовала по облаку. С еле заметно изогнутой талией, развязной походкой, злым взглядом, она гордо плыла среди зрителей». Мисима как будто очарован поведением женщин Сен-Лорана. «У них были большие шляпы в форме мисок, манеры золотых рыбок, запертых в аквариуме, они двигались бесстрастно, бросая по сторонам внезапные улыбки»[314]. И все же красота этих розовых пальто цвета цикламена и этих инкрустированных золотом платьев казалась далекой от забот современного поколения.

«Вот встает огромная, сытая, невежественная, не знающая истории, армия деполитизированных и равнодушных реалистов, когорта молодых французов до двадцати лет»[315], — писал Франсуа Нурисье[316] в Les Nouvelles littéraires. Вся золотая молодежь Франции жила под музыку «йе-йе»: семь миллионов слушателей. Четыре известных парня пели «She loves you». Битломания накрыла всю Европу. Франсуаза Арди[317], двадцать лет, двадцать песен, 250 000 записей, грустные глаза девочки из интерната, изобрела внешность «скучающей грации» (Vogue). Офелия из фильма «Замок в Швеции» (Франсуаза Саган — Роже Вадим[318]) позировала в черном свитере и виниловых туниках-шортах марки Dior Sport. Журнал Vogue посвятил ей обложку, фотография была сделана Хельмутом Ньютоном[319]. Она улыбается, она подвижна, у нее мечтательные глаза, слегка подведенные тушью Makebelieve Pink. «С момента появления Брижит Бардо ни одна женская фигура, ни один молодой образ не вызывал такого большого интереса, как фигура, стиль, молодой задор Франсуазы Арди»[320].

Вот и Ив Сен-Лоран снова разрывался между рухнувшими мечтами и желанием ощутить юность, которой он не знал. «Мне вдруг надоело выдумывать платья для уставших жен миллиардеров»[321], скажет он два года спустя. Бюсты и манекены пылились на полках мастерской. Рутина. Есть такой особый талант первой швеи — в швейном деле он назывался «кладбищем» — это умение сделать так, чтобы заметные недостатки модели были устранены. Разве дело только в этом умении? «Светские салоны представляют женщин такими, какими они должны быть. Салоны моды показывают женщин такими, какие они есть»[322].

Черный юмор Сен-Лорана, возможно, был вызван видениями. Он делал эскизы костюмов и декораций для балета «Мальдорор», хореография Ролана Пети в театре TNP (январь 1963 года). Они были полны демонов и мучений. Озябшие старухи, черепа в красных пастельных тонах, скачущие ведьмы, скелеты в крестообразных черных плащах — одиннадцать картин на музыку Мориса Жарра[323] («Вши», «Траурное шествие», «Паук»). Персонаж с костлявыми чертами Мальдорора (героя книги Лотреамона[324], культовой у про€клятой молодежи) бросал вызов всем ужасам природы.